Повешенный
- Автор: Вальх Лина
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Триллеры
Электронная книга - «Повешенный». Краткое содержание книги:
Чикаго, 1930-е. Уильям Белл – умелый шулер и молодой хирург. Ему всегда везло в карты и на операционном столе. В жизни Уильяму везло чуть меньше, но он считал, что еще недостаточно понял правила игры. Когда же дело доходило до его друзей – Уильям Белл мог по праву считать себя самым невезучим человеком в жизни.
Уильям Белл не любил лакеев. Но именно ему досталась эта роль. Стряхивать пыль и заботливо складывать скелеты обратно в шкаф – теперь это его обязанности на посту дворецкого Вселенной.
Короткий жест – Анхель смахнул со своего кофейного полосатого костюма невидимые брызги, тряхнул головой и, нацепив на лицо привычную мёртвую улыбку счастливого человека, быстрым шагом засеменил к лестнице.
Мягкий смех Алана морским шумом отозвался в голове Уилла, и мужчина вздрогнул, наконец вынырнув из-под толстого слоя ледяной воды. Уильяму показалось, что он, как рыба, открывает рот, чтобы схватить спасительный воздух, но вместо этого лишь быстрее подгоняет себя к краю пропасти. Мелкая дрожь в пальцах от взгляда Анхеля прошла быстро, но мысли продолжали маленькими бешеными птичками роиться в голове Белла.
– Он ведь знает, что ваша фамилия пишется с другой буквы?
– Не хочу его разочаровывать, – взгляд Алана следил за Анхелем. – Он все время так улыбается и радуется жизни, что я начинаю подозревать, что в его венах течёт далеко не кокаин. Столь пугающее откровение относительно написания имени повергнет его в глубочайший шок и депрессию.
– Не уверен в этом, – скептично отозвался Уильям, опрокинув в себя остатки вина.
– Да я тоже не уверен, – язвительно бросил Алан, – но мне нравится мысль о том, что Анхель Куэрво может впасть в депрессию. Как экономика этой страны.
Глядя вслед Анхелю, Уильям испытывал ворох смешанных чувств, ядовитыми змеями свернувшихся в один шипящий и сочащихся ядом клубок. Тугие липкие капли срывались с их острых клыков и разъедали истерзанные в клочья чувства Уилла, оставляя после себя только обугленные головёшки да едва тлеющий костёр мести, которую Уильям мог бы планировать для того, кто был виноват во всех его проблемах.
Для самого себя.
Уилл вздохнул. Он хотел бы отпустить, хотел бы забыть обо всем и позволить Анхелю безмятежно кружиться среди увешанных бусами и драгоценностями женщин и напомаженных мужчин, проведших не один час перед зеркалом, чтобы уложить свои редкие волосы гелем. Но вместо этого он лишь снова и снова видел улыбку на лице Анхеля, снова смотрел на него взглядом брошенного в канаве щенка и задавался всего одним давно мучающим его вопросом.
Почему?
– Для человека, который подтолкнул меня к пропасти ужаса, Анхель слишком рад моему возвращению. Я ведь мог рассказать, что он тоже к этому причастен. – Уилл запустил пальцы в волосы и взлохматил их, болезненно поморщившись, когда дёрнул попавшие в узел лент пряди.
– Анхель знает, что ты бы не рассказал, – Алан кончиком пальца приподнял маску и почесал нос, – и надеется, что ты, маячащий перед глазами, поможешь сделать то, что не удаётся кокаину и текиле. Заглушить совесть, которая у него на удивление все еще осталась. Забавно, правда? – усмехнулся Алан. – У человека, отправившего свою девушку под нож неопытного врача, который ничего не смыслит в нужной области, все еще есть совесть, которая продолжает терзать его каждый день. Поразительно и достаточно странно, как по мне.
– И что говорит ваш дар ясновидения?
– Что Анхель Куэрво не просто идиот. Он скрывающий что-то от нас идиот.
Бокалы в руках Алана сменялись с такой же скоростью, с какой Анхель менял пестрящих несколько старомодными платьями партнёрш. Тридцатые годы уже вовсю вышагивали, перепрыгивая через редкие праздничные и церковные дни, но обрушившаяся на мир несколько лет назад Депрессия продолжала преследовать людей. Она была во всем: в поношенных костюмах некоторых гостей, в платьях, с которых стряхнули пыль ради этого вечера, в масках, многие из которых видали и лучшие времена. Нет, Уильям не мог осуждать людей за то, что они пришли отвлечься от реальности, поглазеть на танцовщиц в коротеньких платьях и хоть ненадолго, но ощутить старую жизнь.
Мелодии сменяли одна другую, кружа людей в своём танцевальном вихре. Иногда гости останавливались и в центр зала выходили разодетые в полупрозрачные платья из стекляруса девушки. Их каблуки стучали громче оркестра, а заразительный смех разносился под высокие своды зала. Танцовщицы улыбались, даже когда на них пытался упасть очередной напившийся гость, и продолжали выступление под одобрительные возгласы толпы.
Многие не выдерживали ожидания. Зал снова наполнялся хлопками и стуком каблуков, сначала разрозненными, но с каждым новым движением все более синхронными. Люди присоединялись к танцовщицам, увлекали их за собой и давали начало новому буйству жизни.
В какой-то момент Уильяму и самому захотелось спуститься вниз и присоединиться к отплясывающим до стёртых каблуков гостям. Ноги сами начинали отбивать знакомые ритмы, а на губах появилась мечтательная улыбка, что тут же не укрылось от Алана.