Хозяйка корней

И есть одна проблема. Почти неделю мерзавец Энфиль не скрывался в театре, а был недобровольным гостем моего замка. Если его возьмут живым — Лимеас может постараться, — последуют очень неприятные показания. Конечно, это мелочь — слово каторжника против моего... И всё же. Мой статус в Доме определен моими успехами. Я всегда умел выполнять работу чисто. Про таких, как я, говорят: он пьет кровь в белом камзоле. До этой истории камзол оставался белым, но сейчас на нем появится пятно.

Слугам, которым было поручено устранить полуэльфа, не позавидуешь. Разговор с ними впереди.

А сейчас я должен первым найти мерзавца. Чтобы после встречи допросить его мог только некромант. Впрочем, это искусство эльфам не присуще.

Я должен быть первым… еще и для того, чтобы лично оторвать мерзавцу голову, потому что он покусился на то, что я уже считаю своим. Эта женщина мне интересна, и более того — я еще не изучил ее, не наигрался в новую игрушку и не решил, что делать с ней дальше. Никто не смеет мешать моим планам. Ни эльфы, ни полуэльфы-преступники. Первого я пока не могу достать, а второму лично перекушу горло. Мне неприятна мысль, что он посмел своими грязными лапами коснуться Лилии. Потому что…

…потому что она моя. Игрушка. И точка!

Мой конкурент суетится, к нему идет директор театра.

Власть официальных приказов против моего таланта? Сыграем, господин Лим.

Я спустился ярусом ниже. Антракт уже завершился, поэтому каждый встреченный мною мог быть лишь служителем.

— Эй, малый, — окликнул я пробегавшего гоблина-официанта, показывая ему сребреник. — Ты сможешь привести служителя, который лучше всех знает подвал театра?

Гоблин поймал монету…

— И еще три, если быстрей, чем в пять минут, — добавил я.

По моим подсчетам не прошло и трех минут, как посланец вернулся. Он почти тащил пожилого гнома, явно разбуженного.

Я кинул гоблину горсточку серебра, отчего гном проснулся окончательно.

— Почтенный, — сказал я, когда мы отошли на несколько шагов, — тебе известны основные ходы под театром?

Конечно же, говорил я не просто так. Из моего правого кулака вылетели несколько золотых монеток и скрылись в левом кулаке.

— Да, уважаемый господин, — ответил гном, чьи глаза последовали за монетками. — Я готов показать вам старинную схему и… и проводить.

Последние слова были не случайны — золотой ручеек опять перелетел из кулака в кулак.

Мы прошли коротким коридорчиком в каморку, где я непроизвольно зажал нос.

— Сейчас, сейчас, почтенный господин…

Гном поднял облако пыли, переворошил груду бумаг и развернул передо мной схему, примитивную, но понятную.

— Господин, мне знаком чертежник, который снимет с нее копию. Господин…

Я отвлекся на две-три секунды. Могло показаться — задремал. Теперь схема возникнет перед глазами, как только я захочу.

— Обойдусь без копии. Мне нужно войти как можно быстрее и незаметнее. Сейчас.