Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11
- Автор: Сорокин Геннадий Геннадьевич, Новицкий Евгений Игоревич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Интернет издательство "Vitovt"
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11». Краткое содержание книги:
Мякоткин, ища подтверждения словам Лаптева, посмотрел на Стадниченко.
Виктор кивнул и сказал:
– Да, было такое дело. Поступал запрос из посольства.
– К чему я все это рассказываю, – продолжил Андрей. – Тебе светит высшая мера наказания. С палачом ты познакомишься года через три, а может, даже раньше. Давай посчитаем. Суд – полгода, примерно год на кассационное рассмотрение и на рассмотрение прошения о помиловании, то-се. Пройдет еще года полтора, и здравствуй, расстрельный подвал! Но мы можем помочь тебе избежать вышки. Не веришь? Сейчас докажу. Вспомни о явке с повинной. По своей юридический сущности она означает желание человека добровольно сообщить властям о преступлениях, совершенных им. В девяноста девяти случаях из ста это бывает полная туфта, признание, полученное у того субъекта, который уже задержан. Но бывают исключения. Предположим, поехал ты сегодня утром убить нашего сотрудника, но по пути передумал и решил покаяться. Что ты на меня с таким недоверием смотришь? У суда будет наглядный пример – памятник Ленину. Хотел его Лотенко снять, да вот передумал. Каяться, правда, не стал, но это не важно. Главное в том, что он памятник на месте оставил. – Лаптев перевел дух и продолжил: – Заметь, Алексей, до сего момента мы не предъявляли тебе обвинение в покушении на убийство человека, вымогавшего у тебя деньги за молчание. Это мелкий штрих, но он показателен. Вопреки мнению, сложившемуся у обывателя, мы не гонимся за показухой, а идем тернистым путем в поисках истины. Я не слишком мудрено говорю?
– Нормально, – тут же заявил Лаврентий. – Даже мне понятно.
– Итак, суть! – Андрей ткнул пальцем в потолок.
Мякоткин, сбитый с толку, посмотрел туда же, но ничего, кроме трещин на известке, не увидел.
– Мы забудем о твоем намерении совершить третье убийство и оформим тебе настоящую явку с повинной. Якобы ты добровольно пришел в милицию и покаялся в совершенных преступлениях. – Лаптев кивнул на Киселева. – Вот он оформит это по всем правилам. На суде явка с повинной будет твоим спасательным кругом, твоей индульгенцией. Суд учтет чистосердечное раскаяние и приговорит тебя к пятнадцати годам лишения свободы. В противном случае – расстрел. На помилование даже не надейся. Наш президент с американцами связываться не станет. Он, как только узнает, что вы гражданина США изуродовали, так тут же твое прошение о помиловании в клочья разорвет. С расстрелом тебе все понятно? Без настоящей явки с повинной можешь прямо сегодня начать продумывать текст завещания, а с ней отсидишь лет двенадцать и выйдешь на свободу с чистой совестью. Теперь о другой стороне медали, о твоих показаниях. Явку с повинной мы оформим тебе только в том случае, если ты подробно, не утаив ни одной детали, расскажешь об убийствах.
– Мы… – начал было Мякоткин, но Лаптев перебил его:
– Алексей, ты недослушал меня или же я неточно выразил свою мысль. О том, как вы совершили преступления, ты расскажешь следователю прокуратуры на официальном допросе. Нам это неинтересно, может быть, за исключением некоторых деталей. Нам, например, важен мотив преступления. Хронологию ваших действий можно отследить по показаниям свидетелей и заключениям экспертиз. А вот что подтолкнуло тебя на расправу с ближайшим родственником? Это можешь знать только ты. Итак, я предлагаю тебе рассказ в свободной форме в обмен на жизнь. Но учти, если начнешь врать и выкручиваться, то на этом наш разговор закончится.
– Дайте закурить, – попросил Мякоткин.
Лаврентий протянул ему сигарету, чиркнул спичкой. Арестант глубоко затянулся, медленно выпустил струю дыма, подумал, стряхнул пепел на пол и заговорил.
– Есть у нас в деревне большой дом, участок земли соток десять, летняя беседка во дворе. Отец купил все это давно, когда еще в институте преподавал. В прошлом году, в последнюю субботу мая, жена с ребенком и отец были на даче, мать в больнице, а я работал и должен был приехать к семье только в воскресенье утром. В этот день, не помню уже по какой причине, у нас изменился график дежурств. Я оказался свободен до понедельника и на первом же автобусе приехал в деревню. Было около часа дня, самый солнцепек. От остановки к дому я подошел незамеченным. Окна были зашторены, чтобы солнце не било в глаза, во дворе никого. Я разулся на веранде, откинул марлевую занавеску от мух и вошел в дом. Моя жена Татьяна на кухне резала лук в окрошку. Она стояла спиной к входу, так что не видела, кто вошел в дом. Я обнял жену. – Мякоткин попытался развести руки и наглядно показать, как он подошел к жене сзади и обнял ее за талию, но из этой затеи ничего не вышло, наручники помешали. – Так вот, я обнял жену, а она игриво так говорит: «Перестань!» Проходит доля секунды, она вздрагивает и заявляет: «Ух, как ты меня напугал!» Представили ситуацию? Женщина режет лук, взгляд ее направлен на стол. Кто-то обнимает ее сзади, она перестает работать ножом и смотрит на руки этого человека. Сколько на это времени потребуется? Полсекунды, не больше. В эти мгновения жену устраивал тот факт, что кто-то ее обнимает. Потом она увидела мои руки, испугалась и вздрогнула. Кто мог обнимать жену в мое отсутствие? Любовник из местных мужиков? Исключено. Это деревня, там все на виду. Остается мой отец, который как раз в это время уходил к соседу. Тут сразу же замечу, что он крупнее меня и пальцы у него толще моих. Этот эпизод послужил для меня первым звоночком, толчком, после которого я задумался о том, что знаю про свою жену. Я догадывался, что у нее есть любовник в городе, но не делал из этого трагедию. Я сам не святой и прекрасно понимаю, что молодой женщине может наскучить сидеть целыми днями с маленьким ребенком взаперти.