Телохранитель Ее Величества 2. Противостояние [АТ]

— Она была здесь? — нахмурилась Фрейя.

— Да. В день, когда вы говорите, данные были стерты.

По лицу сестры Изабелла поняла, это что имя ей знакомо, и ей это не нравилось.

— Она скопировала их перед тем, как удалить?

— Не знаю. Она пришла, приставила мне к голове игольник и убедила сотрудничать, — продолжил сеньор уже тише, успокаиваясь, видя, что бить его больше не будут. — Убедила ввести мой ключ доступа к системе защиты. Не знаю я, не знаю, что было в этих данных! — вновь воскликнул он.

— У неё были хоть какие-то полномочия? — усмехнулась Сильвия.

— Точно такие же, как у вас. Lex in manibus. (2)

— И вы позволили сделать это? — округлила глазки сидящая в противоположном конце кабинета её младшее высочество. — Без полномочий? Без… Мама Мия, это же преступление!

— Здесь всё преступление, ваше высочество, — недобро усмехнулся сеньор Алмейда, окончательно приходя в себя. — Причем такое преступление, что прибудь сюда королевская инспекция, пострадают очень многие Большие Люди. А она обязательно прибудет если вызвать охрану и устроить скандал с королевской телохранительницей. Ваша Тьерри та ещё шавка, сама никто, но проблемами обеспечить может. Так что да, я отдал ей эти данные, чтобы не привлекать к галерее лишнего внимания.

— И особенно к вашим покровителем, — закончила Сильвия. Директор скривился, но согласился.

— И особенно к покровителям.

— А кто такая эта де ла Фуэнте? — вновь подала голос Изабелла.

— Служба вербовки, — ответила Оливия, стоящая позади её высочества инфанты и отчего-то хмурящаяся. Очень сильно хмурящаяся.

— А зачем ей эти записи?

На этот вопрос, естественно, никто не ответил.

— Она сама — никто, — начала рассуждать Фрейя. — Она — человек Мишель. Значит, Мишель ей приказала, и та сделала это. Вот так же, нахрапом, как и мы.

— Да уж! — одним словом сформулировала Сильвия общие эмоции. — А зачем это надо самой Мишель?

— Боюсь, сеньор Алмейда не сможет ответить на это вопрос, — усмехнулась Фрейя. — К сожалению. Это за гранью его компетенции и его точно не просвещали.

— А что, если сеньора Тьерри сама использует против вас скопированные данные? — задала Изабелла директору простой вопрос, от которого и сестра, и подруга отчего-то скривились. — Для своих нужд? Например, для борьбы с вашими покровителями?

Директор покачал головой.

— Да кто ж ей даст! Это политика, юная сеньорита, а в политике Тьерри никто, ноль. К тому же, поверьте, в них не было ничего, что могло бы скомпроментировать Больших Людей. Это какие-то ваши внутриклановые разборки. И связываться с ними, ввязываться в ваши дрязги… — Он покачал головой. — Вам плевать на Королевскую галерею и на моих покровителей, и им плевать на вас и разборки в вашем клане. Я сделал единственное верное, отдал эти данные, чтобы наши и ваши интересы не пересекались. Чтобы избежать ненужных сложностей. Потому господом нашим Иисусом Христом прошу, оставьте меня в покое! Я сказал все, что знаю!

Воцарилось молчание.