Сочинения в трех томах. Том 1
- Автор: Гарт Френсис Брет
- Год: 1998
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА— Книжный клуб
- ISBN: 5-300-02139-3 (т. 1), 5-300-02138-5
- Переводчик: Абель Исаакович Старцев
- Жанр: Вестерны
Электронная книга - «Сочинения в трех томах. Том 1». Краткое содержание книги:
Главное его произведение — роман «Гэбриел Конрой» рисует широкую панораму американского «дикого Запада» времен начала «золотой лихорадки». Романтические герои, благородные героини, неожиданные сюжетные повороты, борьба за владение золотой жилой или серебряным рудником, козни, интриги, перевоплощения — все это и сегодня увлекает читателя. Особенно удавались Брет Гарту женские образы, в том числе и героини вошедших в первый том коротких повестей «Фидлтаунская история» и «Флип».
— Я предпочитаю деньги, — сказал Виктор с зловещим смехом.
Дамфи не счел нужным реагировать на насмешку.
— У вас трезвая башка, Виктор, — сказал он, возвращаясь к своим бумагам. — Действительно, к — чему вам акции? До свидания.
Виктор направился к двери.
— Да, еще, Виктор, — сказал Дамфи, поднимая голову, — если вы знакомы с владельцем новооткрытой дарственной, шепните ему по секрету, чтобы он не судился с нами, — безнадежно! Только что я сказал это и его адвокату.
— Пуанзету? — сказал Виктор, остановившись в дверях.
— Да, Пуанзету. Но поскольку он также и Филип Эшли, тот самый Эшли, который сбежал с Грейс Конрой, то повидайтесь с ним. Возможно, он будет вам более полезен, чем я. Прощайте.
Мистер Дамфи отвернулся от ошеломленного Виктора. Чувствуя, что теперь-то уж он полностью вернул утраченный апломб, он позвонил в колокольчик, чтобы впустили следующего посетителя.
Глава 4
ДЖЕК ГЕМЛИН БЕРЕТ ОТПУСК
Вот уже почти целый месяц мистер Гемлин чувствовал себя неважно; сам он в беседах с друзьями отзывался о своем самочувствии так: «Прикуп не тот!» Знаменитый доктор Дюшен, в прошлом военный врач, внимательно осмотрел Джека, задал ему несколько щекотливых вопросов, которые привели больного в полный восторг, после чего сказал внушительно:
— Вы совершенно не считаетесь со своей профессией, Джек. Человек, избравший специальностью фараон, не может позволить себе такую роскошь, как девяносто пять ударов пульса в минуту! Дела у вас шли хорошо, и вы не отказывали себе в развлечениях. Так я и подумал! Вы набрали чрезмерную скорость, Джек, шли под слишком сильным давлением. Теперь вам придется открыть предохранительный клапан, снизить стрелку манометра. Приглушить огни в топках, закрыть поддувала. Ближайшие два месяца вашим пароходом буду командовать я. Я обращу вас в христианскую веру! — Заметив ужас на лице Джека при этих последних словах, доктор поспешил пояснить свою мысль: — Я хочу сказать, что вам придется ложиться спать, не дожидаясь полуночи; вставать раньше, чем вам захочется; больше есть и меньше пить; не играть только на выигрыш; стараться скучать как можно чаще. Слушаться меня во всем, и ровно через два месяца я усажу вас за карточный стол свежего, как огурчик. Вы когда-то любили петь, Джек. А ну-ка, сядьте к пианино, покажите, на что вы способны. Так! Так! Что ж, меня это не удивляет. Вы решительно не в голосе. Всю следующую неделю будете упражнять голос! Я давно уже не видел, Джек, чтобы вы беседовали с детьми. А куда делся этот мальчишка-чистильщик, которого вы опекали? Черт побери, я отправлю вас в сиротский дом воспитателем, это принесет пользу и вам и детям. Поселитесь у какого-нибудь бедняка ranchero с дюжиной ребят и организуйте там детский хор. Что вы будете есть — совершенно не важно, лишь бы вовремя. Мне проще было бы вылечить вас, если бы вы ютились где-нибудь среди голодающих (как сейчас вспоминаю одного беднягу в Сьерре — это было лет шесть тому назад), а не в этом шикарном отеле. Ну ладно, договорились! Вы даете слово слушаться меня, а я выполню все, что обещал. Голова у вас перестанет кружиться, бок не будет болеть, сердце утихомирится, и вы вернетесь к карточному столу. Сейчас вы все равно никуда не годитесь, Джек. Я берусь понтировать против вас ночь напролет, даже если в банке будет миллион.
Из этих последних слов доктора читатель может с уверенностью заключить, что он не был педантом. Он не стремился выяснить, отвечает профессия Джека требованиям строгой морали или нет; все, чего он хотел, — это поставить Джека на ноги, чтобы тот мог успешно выполнять свои профессиональные обязанности.
Таковы были взгляды доктора. Буквально через несколько дней, беседуя с одним из своих пациентов, весьма известным в городе священнослужителем, он сказал:
— Хочу прописать вам тот же режим, что Джеку Гемлину. Не знакомы с ним? Профессиональный игрок. Отличный малый. Вы мне чем-то его напоминаете. Болезнь у вас одинаковая: острое переутомление. Будьте спокойны, я вас вылечу.
И вылечил!
Прошло не более двух недель после описанной беседы, и Джек Гемлин, страдая по-прежнему от скуки и общего отвращения к жизни, но твердо следуя указаниям врача, пустился в путешествие по южному побережью. В Сан-Луис-Рей, на бое быков, у него родилась было отличная мысль поставить на быка крупную сумму и выпустить против него медведя гризли; но, верный слову, он отказался от претворения ее в жизнь. На другой день в дурацкой старомодной карете он перевалил через Береговой хребет и вкатил в тихую миссию Сан-Антонио. Дорога изрядно утомила его, городок был на вид преунылый; потому, отказавшись от обычной шутливобогохульной беседы с хозяином гостиницы и предоставив все переговоры своему верному оруженосцу и< телохранителю, негру Питу, Джек занял номер и улегся в постель, по обыкновению испано-калифорнийских трактиров кишевшую блохами.