Подлинная жизнь Лолиты. Похищение одиннадцатилетней Салли Хорнер и роман Набокова, который потряс мир

Набокову это внимание нравилось. Он раздавал интервью журналистам, выступал в ток-шоу по обе стороны Атлантики. В июльском номере журнала Playboy за 1959 год опубликовали комикс по мотивам «Лолиты», который настолько позабавил Набокова, что он даже рассказал о нем своему американскому издателю, а Вера записала в дневнике, что им с Владимиром очень понравились юмористические телепередачи на эту тему.

«Лолитой» заинтересовались модные журналы и деятели кино, причем результаты их интереса порой оказывались настолько эксцентричными, что не выдерживали никакой критики. Как правило, у них получались намеренные пародии, которые словно подмигивали читателю: с фотографий смотрели подчеркнуто сексуальные блондинки в образе малолетних девочек. Самое вульгарное истолкование книги Набокова, столь же забавное, сколь и возмутительное, появилось в фильме «Займемся любовью», где Мэрилин Монро заявляет: «Меня зовут… Лолита. И мне нельзя… играть… с мальчиками!» — после чего поет «Му Heart Belongs to Daddy» («Мое сердце принадлежит папочке») Коула Портера.

Другой пикантный случай затронул Набоковых лично{277}. Их сын Дмитрий переехал в Милан, чтобы стать оперным певцом. И ему порой поступали странные предложения — разумеется, чтобы добраться до его знаменитого отца. Так, один итальянский журнальчик уговорил его быть судьей конкурса красоты, победительнице которого предполагалось устроить фотосессию в образе Лолиты, причем съемки должны были проходить дома у Дмитрия. Вспоминая о своей юношеской глупости, Дмитрий писал, что на целых два дня его квартиру заполонили «решительно достигшие половой зрелости нимфетки, зачастую сопровождаемые провинциальными мамашами».

О конкурсе писали в газетах; репортажи эти попались на глаза Набокову, и он так рассердился, что послал сыну телеграмму с требованием прекратить этот конкурс. «Это реклама в очень дурном вкусе, — писал Набоков Дмитрию 7 октября 1960 года. — Она лишь повредит тебе в глазах серьезных любителей музыки. Мне она уже навредила: из-за нее я не могу приехать в Италию, поскольку в меня тут же вцепятся репортеры». Набокова особенно огорчило, что «эта нездоровая шумиха» бросит тень на карьеру сына. Дмитрий усвоил урок. С этого момента он отстаивал, а не портил репутацию «Лолиты». Впрочем, конкурс красоты послужил лишним доказательством того, что роман воспринимали не как трагедию, а как фарс.