Черно-белые ангелы

– Наверное. Я тоже не из тех, кто принимает быстрые решения, – сказала Ники. – Когда мы сможем собраться втроем и все как следует обсудить?

– Да, хоть завтра, но на сегодня я приготовил тебе сюрприз, – таинственно улыбаясь, сказал Кира. – На улице так холодно. Тебе нужно одеться потеплее и мы сделаем небольшую прогулку.

– Легко сказать «сделаем прогулку», – обиженно произнесла Ники. – Я не выходила из этой квартиры столько лет. У меня и одежды то нет, только домашняя.

– Ничего, что-нибудь придумаем, – сказал Кирилл, решительно зайдя в комнату Ники.

Она вкатилась следом и с удивлением увидела, как Кира, распахнув шифоньер, внимательно рассматривает ее вещи.

– Да… Дело плохо. Ты уже ведь не девочка шестнадцатилетняя и во все это не влезешь. Вся обувь на высоком каблуке, курточки и пальтишки будут тебе малы, – задумчиво произнес он. – Ты очень красивая женщина, но у тебя совсем не та фигура, что была в шестнадцать.

– Спасибо, что напомнил. А то я не знаю, – огрызнулась Ники.

– Да, ладно, не обижайся, – примирительно сказал Кирилл. – А что еще есть?

– Ну вот, домашние кожаные туфли, джинсы, пара свитеров, только куртки нет, – грустно улыбнулась Ники. – Зачем она сидящему дома паралитику?

– Ники, милая, не говори глупости, – сказал Кирилл, обнимая готовую расплакаться Ники. – Мы купим тебе все, что тебе нужно. Я донесу тебя до машины, а там тепло. Я могу тебя укутать теплым одеялом.

Ники с благодарностью смотрела на Киру, который с таким упорством пытается вернуть ее к жизни, хотя сама она уже считала свою жизнь конченной. Ей двадцать пять лет, а ждать от жизни в общем то уже нечего. Даже если она сможет когда-нибудь встать на ноги, что она станет делать. Образования у нее нет, друзей тоже. Целыми днями пропадать на работе, как Елена Дмитриевна она все равно не осилит, чисто физически. А Кира? Надолго ли хватит его заботы о калеке, которая к тому же капитально подпортила ему жизнь? От всех этих мыслей Ники снова захотелось заплакать. Вдруг Ники вспомнила кое-что, и хандра сразу же прошла.

– Кира, в комнате Елены Дмитриевны остались какие-то вещи Нади, оставшиеся со времен ее беременности. Там есть широкие рубашки, кофты и теплый пуховик. В него-то я точно влезу! – радостно воскликнула она с блеснувшей в глазах надеждой.