Электронная книга - «Чадо от профессора». Краткое содержание книги:
— Я вроде ясно дал понять, что намерен пить чай, — бесстрастно отвечаю.
Вижу, как в ее глазах собираются слезы. Губы кусает, явно набираясь сил, чтобы начать говорить:
— Остановись, Кость, — наконец выдавливает. — Давай просто сделаем вид, что не знаем друг друга. Уходи, пожалуйста!
Это больно. Мне-то — по понятным причинам. Я любил ее. Мечтал с ней семью построить. А она предала меня.
Но ей-то почему больно? Это невооруженным глазом видно.
Что-то в ее реакции вынуждает усомниться в реальности того, что заставило нас расстаться четыре года назад…
ХЭ
— Прости. Прости. Что я натворила…
— Тише-тише, ты ни в чем не виновата. Просто отныне давай обсуждать возникающие вопросы на берегу.
— Костя, что тут происходит? — вдруг раздаётся за спиной голос отца.
Я отстраняюсь от Леры и снова заглядываю ей в глаза:
— Позволь тебя познакомить с моим папой. О нем ты была наслышана когда-то. Дмитрий Николаевич
Поворачиваюсь к отцу:
— Пап, это моя невеста и мать моей дочери.
— Какой ещё дочери? — столбенеет отец.
— Внебрачной, — киваю я. — Прям как у Сони. Может уже закончите свою войну? Затянули что-то. Ну, с кем не бывает.
— Это другое, сын, — категорично отзывается отец, хотя я уже знаю, что он сменил гнев на милость. Папа шагает к Лере, вынуждая меня отступить, и протягивает ладонь: — Так значит, вы и есть та самая семья, из-за которой мой сын решил наконец выселить из своего дома свою заносчивую сестрицу?
Лера непонимающе переводит на меня взгляд, но все же пожимает жилистую руку отца:
— Даже не знаю, что ответить. Меня Лера зовут.
— Не обращай внимания, — усмехаюсь я. — Папа так шутит.
— Вовсе я не шучу. Вызвал меня на разговор. Вынудил скидываться этой бессовестной девчонке на квартиру. А теперь отнекиваешься?
— Ну не на улицу же мне ее выгонять? Но и позволить Лере терпеть ее выходки не намерен.
— А я с самого начала говорил, что это дурная затея пускать эту лентяйку в дом. Она на шею села и ноги светила!
— Я когда с Новочека вместе с ней приехал, ты ее принимать отказался. Что мне ещё было делать? Взял к себе.
— Да у меня всего одно условие было — назвать мне имя того негодяя! Что сложного?! А она взбеленилась и сказала, чтобы я к ней и ее ребёнку даже подходить не смел!
Наши препирания прерываются, когда мы слышим тихий смех. Удивленно уставляемся с отцом на Леру.
— Ой, простите, — прикрывает она рот ладонью. — Дмитрий Николаевич просто очень мою бабушку напоминает. Она меня тоже из дома грозила выгнать, если я ей не скажу, от кого в подоле принесла… Ик! Ой.
— Лер, это походу нервное. Успокойся уже.
— Что я за детей воспитал? Зачем довёл девочку?! — ворчит отец, качая головой. — Пойдёмте, Лерочка.
Отодвинув меня, он подхватил ее под локоть и повёл по коридору в направлении зала.
— Можете без стеснения рассказать мне, что этот негодяй натворил. Уж я ему задам трепку! Тем более, раз не могу добраться до того мерзавца, который мою дочь обрюхател, то хоть на нем отыграюсь!
— Заслужил, признаю, — усмехаюсь я, следуя за ними. — Вот уже отыграйся на мне и забудь.
— Нет-нет, Костя не виноват. Это я, — запинается, слышу, что в голосе снова слёзы.
— Лер, — подхватываю ее под вторую руку. — Уже все хорошо.
Она кивает. Входим в зал, и теперь Мандаринка безошибочно выхватывает взглядом маму у дверей:
— Папа! Мама! — тут же мчится она к нам. — А мы тут с Темой тайную дверь нашли…
Смотрю, с каким восхищением смотрит отец на свою внучку, и чувствую, как у меня — взрослого мужика, в носу начинает свербеть.
Я так долго против него бунтовал, и Соня такая же бунтарка. Мы оба не приняли ранний уход мамы, и не поняли его реакции на потерю. Думали, он никогда не любил ее, потому и вычеркнул, словно и не было ее никогда.
А потом одна студентка-заноза объяснила, что это была самая настоящая любовь, и боль ее потери. Тем лучше я понял отца, когда сам познал потерю.
Я конечно не жёг фото, но телефон почистил тщательно.
Ничего. Теперь будем набирать новые воспоминания. Наконец-то все позади. Теперь точно.
— Тема, поздоровайся с дедушкой, — снизошла до нас Соня.
Мальчуган, которому строго запрещено было общаться с дедом, неуверенно кивнул.
Знаю я что это. В Соне ревность взыграла. Так тому и быть. Может хотя бы это немного собьёт с неё спесь.
В итоге, все, что хотел папа — это защитить своих детей. Строгий, непреклонный старик, едва не плачет, взяв за руку внука.
— Здравствуйте, Дмитрий Николаевич, — бормочет Артемка.
— Дедушка! — исправляет его Ксюша, вырвавшись из моих рук.
Я усмехаюсь и поворачиваюсь к сестре:
— Сонь, мы с папой тебе подарок приготовили. Пап?
— Да. Как видишь у Кости своя семья. Конечно, он бы хотел с ними жить. Поэтому он мне предложил два варианта решения вопроса, которые я решил предложить тебе. Вы с Темкой можете вернуться в родной дом. Жить со мной, покуда ты не надумаешь замуж выходить. Или вот, — отец достаёт из кармана ключи от новой квартиры, что мы вчера купили.
Соня медлит. Видно, что в глазах мелькает нечто осознанное и живое:
— Думаю, мне пора побыть самостоятельной, пап.
Подтягиваю Леру к себе и увлекаю подальше от скопления родни:
— Устала?
Кивает. Чувствую, что ей сейчас рыдать хочется, а она сдерживаешься изо всех сил.