Альфа-псих

— Ну и шевели своими амбициями отсюда на хер! — рявкаю я, хлопнув дверью в берлогу.

Меня колотит, затылок нагревается как металл в печи кузнеца, и походу он же и молотит по мозгам своей кувалдой.

Сдвигаю с игрового стола крышку и невидящим взглядом таращусь на купленные билеты в Париж, а оттуда в гости к Тохе на остров. Тут же валяются и билеты на вертолетную прогулку, на которую я просто не могу найти время, чтобы и ей, и мне было удобно. Тут же пылится и бархатная коробочка. Дебил я конченый! Как последний идиот поверил, что она будет ждать меня, как мама ждала отца в свое время. А у них ситуация была еще хуже!

Тихие шаги Алисы на долю секунды притупляют боль в груди, кажется, что сейчас она подойдет, как прежде, заберется ко мне в объятья, и этот удушающий кошмар в груди прекратится.

— У меня тоже есть гордость, Макар, — не переступая порог, говорит Алиска, — Ты обращаешься со мной, как с купленной вещью. Я даже не знаю, как реагировать на твои подарки, ты меня заваливаешь ими, и мне это безумно приятно, потому что я же голодранка! Деревенщина, которая никогда всего этого позволить себе не могла. Но мне нужно было от тебя другое. Я думала, ты сможешь меня полюбить, будешь ценить мою заботу о тебе, но ты даже трубки не всегда берешь, когда я звоню. Я не заслуживаю всего этого. Ни твоих подарков, ни твоего потребительского отношения. Я ждала, что ты пригласишь меня просто погулять, провести время вместе, но ты как будто стыдишься меня. На прошлых выходных ты был дома у своих родителей, я видела влог Вики, но меня ты с собой не позвал.

Не дождавшись от меня ответа, Алиска уходит и спустя полчаса и полпачки выкуренных сигарет по полу шуршит колесиками чемодан. Пару минут возни у двери, звон ключей, брошенных на консоль в прихожей, и щелчок замка входной двери. Ушла.

Вот и все. Стало пусто до звона в ушах. В квартире, в жизни и в душе.

Лучше бы и не было этих двух недель! Лучше бы мне никогда не знать, не испытывать этих чувств! Воспарив тебя высоко над землей, они безжалостно швыряют тебя камнем на землю. Нестерпимо жжет в груди, давит виски и сердце навылет!

Как в дурмане, звоню Герману, приняв решение вписаться в адское пекло.

— Герман, я насчет месива у Крыгина. Я с вами.

— Какого хрена! Мы же договорились, что я сам... — начинает панику Дубов.

— Все в силе. Ты главный, — перебиваю я, с трудом размыкая зубы.

Заторможено включаю экран браслета, собираясь отследить, куда уехала Алиска на своей служебной коробочке. На пару секунд мой палец зависает над командами, и я жму «удалить». Не хочу знать о ней больше ничего.

Сцепив руки в кулак, сижу так, до тех пор пока не осознаю, что трещат не котлеты на кухне, а мои сухожилья. Но не могу их разжать, словно окаменел. Весь. От самой макушки до пяток, остался пустой каменной оболочкой. Памятник, блядь. Только с бешено мечущимся зверем в груди, раздирающим мои внутренности на куски своими огромными острыми когтями.