Лучший из худших-2

— Никакого секрета, мон шер ами, — не знаю откуда и из каких глубин памяти я выудил это французское великосветское обращение, скорее всего, из просмотренных в детстве фильмов. — Просто был мой день.

— Я готов заплатить за ваш секрет. Назовите любую сумму в пределах разумного, и я сделаю всё, чтобы раздобыть её для вас, — вскинулся Ипполит Матвеевич, но я просто развёл руками.

— Увы, сударь. Деньги мне, конечно, нужны, как и любому другому человеку в моей ситуации, но, повторюсь, нет никакого секрета или тайны трёх карт в духе Александра Сергеевича Пушкина. Лишь только стечение обстоятельств и всё…

— Воля ваша, — загрустил пилот. — Но, если что, мой самолёт пробудет здесь ещё несколько часов. Если передумаете, всегда к вашим услугам.

— Не хочу вас обнадёживать, уважаемый. Мне просто нечего вам рассказать, — сообщил я.

Мы с Лизой покинули доставивший нас сюда «кукурузник» и пошагали прямо по лётному полю.

Аэродром в Николаевске был небольшим, кроме нашего самолёта стоял ещё один турбо-винтовой пассажирский лайнер.

Мы вошли в маленький, но уютный терминал.

— Дёрнем по кофейку? — предложил я.

Лиза кивнула.

Аэропорт в Николаевске — не Шереметьево из моего мира, поэтому ценник в здешней кофейне не кусался.

Я заказал по чашечке эспрессо и пирожному.

— Какие у тебя планы, Лан? — спросила Лиза, пока нам не принесли заказ.

— Сначала найду жильё, потом пойду в «Китай-город». Время на исходе. Заказчик просто обязан появиться там сегодня.

— А дальше?

— Дальше, — я замолчал, потому что это была самая слабая и необдуманная часть моего плана. — Дальше будет видно.

— То есть ты хочешь поиграть в Наполеона, — усмехнулась Лиза.

— В каком смысле? — не понял я. — У меня что — маленький рост?

— Темнота, — вздохнула напарница. — Рост Наполеона составлял около 168 сантиметров — по тем временам довольно неплохо для мужчины. Но я имела в виду другое. Бонапарту приписывают такой афоризм: главное — сперва ввязаться в бой, а там видно будет. И в этом смысле ты очень на него похож. Он, конечно, многого добился, но плохо кончил. Этого я и боюсь.

— Наполеон в своё время совершил главную ошибку в своей жизни, когда пошёл войной на Россию. А я — русский, поэтому судьба Наполеона мне не грозит, — с совершенно серьёзным видом произнёс я.

Лиза вздохнула.

— Тебя трудно в чём-то переубедить, Лан. Но меня-то ты возьмёшь с собой?

Я отрицательно замотал головой.

— Просто, Лиза, но только без обид: это сугубо моё и очень личное дело.

Она грустно посмотрела на меня, открыла рот, но сразу замолчала, поняв, что спорить со мной сейчас просто бесполезно.

Аэропорт находился где-то в десяти километрах от города. Расписание автобусов было составлено так, чтобы подвозить и забирать пассажиров с рейсов, но мы прилетели вне всякого графика, поэтому пришлось вызвать такси.