Страсти и скорби Жозефины Богарне
- Автор: Галланд Сандра
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Аркадия
- ISBN: 978-5-906986-54-2
- Переводчик: Александр Авербух
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Страсти и скорби Жозефины Богарне». Краткое содержание книги:
— А вы будете моей фрейлиной, — заявила я.
— Вас все лихорадит.
Она потянула меня к окну, на свежий воздух. Я ухватилась за прутья решетки. Послышался выстрел из мушкета, стук копыт скачущей галопом лошади. На улице прыгала какая-то женщина. Она приподнимала юбку, потом камень, потом снова юбку и снова камень.
— Она пытается что-то нам сообщить, — поняла Жан-Виктуар.
Небо было красным. Уже над камнями появилось знойное марево. Женщина приподнимала юбку и указывала на нее.
— Роба.
— Пьер, — сказала Жан-Виктуар, когда женщина показала на камень. — Робеспьер. Она говорит: «Робеспьер».
Женщина схватила себя за горло и стала неистово танцевать.
Жан-Виктуар повернулась ко мне.
— Робеспьер мертв. — Голос звучал испуганно. — Мы спасены!
«Помни, что я сказала!» — говорила старуха…
V
«ДИВНАЯ»
Я ХОЖУ СРЕДИ МЕРТВЫХ И ЖИВЫХ
Среда, 6 августа 1794 года
Сегодня пришли двое. Депутаты. Мы столпились, как скот, и молча смотрели на них — ослабевшие, одетые в лохмотья. За воротами, на булыжной мостовой собралась пьяная, веселая толпа — люди в заплесневелых бальных платьях, в потрепанных шелках, заляпанные грязью.
Нас погнали в церковь. Один из депутатов с листком бумаги в руке поднялся на кафедру.
Эми обняла меня.
— Как ты себя чувствуешь?
Я засмеялась. Все обернулись. Я смеялась будто бы без причины. Но ведь я была одной из тех…
Депутат прочистил горло:
— Мы пришли от имени свободы.
Кто-то выругался. Разве все, что происходило до сих пор, делалось во имя чего-то другого? Знали мы уже эту свободу — она несла с собой смерть.
— У меня здесь список… — продолжал депутат.
Мы задрожали. Знали мы уже эти списки. Всю эту процедуру, шаг за шагом.
— …предварительный. Это список тех, кто, по мнению новых членов Комитета общественной безопасности, считается обвиненными несправедливо. Следующие граждане могут покинуть…
— Ты понимаешь? — шепнула Эми.
— Я не ребенок, — ответила я. Они считали меня сумасшедшей.
— …гражданка Роза Богарне.
Я озиралась в испуге. Назвали мое имя!
Эми схватила меня за руки. Я заглянула в ее заплаканные глаза. Все лица обратились ко мне, меня окружили друзья. Колени у меня подогнулись.
Очнулась я на дощатом столе. Кто-то обтирал мне лоб влажной тканью. Я услышала кашель и слова:
— Она меня слышит.
Я открыла глаза.
Взгляд Эми ободрил меня. Я посмотрела на остальных.
— Ты не понимаешь, Роза, — сказала Эми. — Ты можешь идти домой. Ты свободна.
Я слушала произносимые ею слова со страхом в сердце. «Свободна»? Что это значит?
— Ты пойдешь со мной? — спросила я.
— Вскоре, — заверила меня Эми, размазывая румяна по моим щекам.
Она дала мне корзинку — в ней лежали мое белье, гребень, прядь волос в платке и потертые карты.
— Быстрее, пока они не передумали, — прошептала Эми.
— Я не могу оставить тебя здесь.
— Не плачь! Ты нужна детям.
Мои дети!
Друзья гурьбой провожали до ворот. На улице меня приветствовали криками. Четверо в форме Национальной гвардии сдерживали натиск толпы. Неужели люди набросятся на меня, разорвут на части?
Меня вытолкнули на улицу. Я дрожала, прижимая к себе корзинку. Большие металлические ворота за мной закрылись. Я оглянулась: по лицам друзей бежали слезы.
— Куда вы пойдете, гражданка? — крикнула стоявшая позади меня женщина. От нее пахло перегаром. На ней была некогда элегантная шляпа: нечто пурпурное, покрытое грязными шелковыми цветами и потрепанными лентами.
— На реку? — Я не могла вспомнить.
Пустая улица Сент-Доминик оказалась шире, чем я ее помнила. На больших деревянных дверях висело объявление: «Запечатано именем закона, вход карается смертной казнью». Смерть. Я отвернулась, охваченная паникой. Где мои дети? Где Гортензия и Эжен? Спотыкаясь, я побрела по улице Бель-Шасс.
Из-за забора лесного склада на меня зарычали собаки. Возле Порт-де-ла-Гронульера я прикрыла глаза ладонью. Передо мной блестела река. На другом берегу, во Дворце революции, возле гильотины собиралась толпа. Я повернула к дому, где жила княгиня Амалия, к отелю «Де Зальм». Туда, я знала, каждый день наведываются мои дети.
Ворота во двор были на запоре. Я подергала веревку звонка. Выбежала горничная и уставилась на меня из-за металлических прутьев ворот.