Вуаль. Крыло четвёртое

— Что-нибудь придумаю. — Подмигнул я Ермоловой, забирая её рабочую тетрадь, поворачиваясь к Жанне, которая, что-то спешно дописав, шумно выдохнув, откинула ручку. — Лисичка, выглядишь усталой.

— Ещё бы… — Девушка достала пудреницу в которой было зеркало, оглядывая своё лицо, спешно поправляя макияж. — Четыре часа если поспала, то хорошо. Весь вечер и половину ночи готовилась.

— Бедненькая Лисичка. — Посочувствовал я девушке, забирая и её тетрадь, чтобы не было обид. — Прихорашивайся, а я пойду сдам работы и сразу в зал.

Сходя по ступенькам вниз, к лекторской зоне, со мной поравнялся Распутин. Как не странно, сегодня он выглядел бодрей, чем обычно. Видимо решил отказаться на один день от своих ночных загулов.

— Справился, топ первых курсов? — Поинтересовался Глеб, кивнув на тетради в моих руках.

— Вроде да. Сам не знаю… — Пожал я плечами, решив кое-что уточнить. — Бывший… C недавнего времени, список возглавляешь ты.

— А я смотрю, ты не особо следишь за своим рейтингом. — Глеб усмехнулся, посмотрев в сторону задних рядов, где сейчас Жанна с Зоей о чем-то разговаривали. — Оно и понятно, когда рядом пара таких красоток.

— Не понимаю, о чём ты. — Удивился я, положив рабочие тетради в общую стопку на столе Довмана.

— Ты вновь на первом месте в рейтинге. — Довольно усмехнулся Распутин, и видя недоверие в моих глазах, поспешно пояснил. — Без шуток, Стас. Ты снова на первом, а я на втором, как и было до пересчёта. Разница та же, в двадцать голосов.

— В честь чего такие перестановки? — Не понял я. — Вроде за последнее время мне нигде не посчастливилось «отличиться».

— Дело не в этом. Я списал шестьдесят голосов, что мне добавили после пересчёта. — Будничным тоном заявил Глеб, чем вогнал меня в ступор.

— Не понял… Ты был на первом месте, но по собственному желанию вернулся на второе? — Сейчас показалось, что у меня слуховые галлюцинации. — Да и как списать голоса? Я слышал от Авдея, что голоса нельзя списать.

— Стас, я посчитал пересчёт несправедливым. — Заявил Глеб, и правильно растолковав выражение моего лица, которое сейчас говорило нечто вроде "Ой дурак", решил разъяснить свою позицию. — Да, мне удалось оказаться в топе, но морального удовлетворения от этого совершенно никакого. Условия не равные. Здесь в лицее нет тех шести лишних дисциплин, которые вывели меня вперёд. Понимаешь?

— Понимаю, но как ты смог голоса списать? Этого нельзя ведь сделать.

— Не совсем списал, — На лице Распутина появилась довольная ухмылку, а взгляд сделался мечтательным. — Авдей ещё тот затейник… Я потратил свои голоса на предоставляемые им сервисы.