Салават-батыр

— Ага-а, испужались!.. — злорадствовал Пугачев. — Вдогонку за вражиной! Разорвать на куски!

Следом за конными башкирами бросились и остальные. Когда пугачевцы столкнулись с основными силами, которыми командовал сам Михельсон, началась настоящая резня.

Несмотря на отвагу повстанцев, исход битвы предрешило численное преимущество и хорошее вооружение противника. Из двух тысяч повстанцев Пугачев потерял половину убитыми и захваченными в плен. Опасаясь полного разгрома своего войска, он отдал приказ к отступлению. Кавалерия Михельсона преследовала повстанцев до наступления темноты.

На ночлег каратели устроились в Чебаркульской крепости. А наутро пугачевцев и след простыл. На какое-то время Михельсон потерял самозванца из виду. О его местонахождении вначале знали очень немногие, в их числе — Бадаргул Юнаев и еще двое старшин, которые помогли ему не только укрыться от рыскавших повсюду неприятелей, но и набрать новых людей для его войска.

Благодаря башкирам Пугачев был в курсе относительно передвижений правительственных «деташементов», что позволяло ему до поры до времени избегать стычек с ними.

Двадцать шестого мая Михельсон занял Златоустовский, после чего перешел на Саткинский завод, где занялся пополнением конницы, боеприпасов и заготовкой съестных припасов.

Пугачев знал, что каратели используют уральские заводы именно для таких целей, и, желая лишить врагов опорных пунктов, безжалостно разорял и уничтожал их. Такая же участь постигла Златоуст. Вступив туда через несколько дней после ухода Михельсона, он распорядился сжечь заводские корпуса, а жителей забрал в свое воинство.