Муж, которого я купила
- Автор: Рэнд Айн
- Год: 2012
- Язык: русский
- Год: Астрель
- ISBN: 978-5-271-38484-4
- Переводчик: А. В. Молотков
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Муж, которого я купила». Краткое содержание книги:
Какие темы волновали юную Айн Рэнд, когда она лишь училась писательскому мастерству?
Книга «Муж, которого я купила» — это сборник произведений писательницы, расположенных в хронологическом порядке с самого раннего периода ее творчества. Они публикуются впервые. Среди них рассказы «Ночной король», «Муж, которого я купила», «Ее вторая карьера», а также отрывки, не вошедшие в окончательную версию романа «Мы живые».
Книга позволяет проследить путь становления и развития литературного таланта Айн Рэнд от первых опытов до работ, позднее принесших ей славу.
Сборник «Муж, которого я купила» представляет собой 1-ю часть книги «The early Ayn Rand».
Он вышел, хлопнув дверью. Пять лет назад в Нижне-Колымске товарищ Федоссич был одним из кандидатов на пост коменданта Страстного острова. Но ГПУ выбрало товарища Кареева.
— Я полагаю, — сказал граф, провожая Федоссича взглядом, — что этот мужчина не интересуется изящными искусствами и музыкой. И я замечаю, что не он один. Как насчет вас, Волконцев? Не интересуетесь?
— Я слушал музыку раньше, — быстро ответил Михаил, переворачивая страницу.
— Я считаю, что мужчина, который позволяет какому-то глупому предубеждению стоять между ним и прекраснейшей женщиной на свете, — сказал молодой инженер, — заслуживает быть брошенным в карцер.
— Оставьте его, — попросил граф. — Я уверен, что госпожа Хардинг простит его бессознательную антипатию.
— Но простит ли она мою? — спросил грубый голос. Все повернулись на звук.
Старый генерал встал, глядя прямо на Джоан, с застенчивым, неловким извинением на упрямом лице. Он сделал шаг вперед, вернулся, подобрал свою деревянную игрушку; затем направился к ней, сжимая драгоценную работу в больших узловатых пальцах.
— Я прошу прощения, мисс Хардинг. — Он щелкнул каблуками лубяных башмаков, словно силясь услышать звук бряцающих шпор. — Я был достаточно… Вы могли бы забыть?
— Конечно, генерал. — Джоан улыбнулась нежно и ласково и протянула руку.
Генерал быстро переложил игрушку в левую руку и крепко пожал ее ладонь.
— Это… — Он показал на коробочку, из которой по комнате разносилась нежная мелодия народной песни. — Это играют в Санкт-Петербурге?
— Да.
— Я из Санкт-Петербурга. Одиннадцать лет, как я оставил там жену. И Юру, моего внука. Он грандиозный молодой человек. Ему было два года, когда я покинул их. У него голубые глаза, прямо как… как у моего сына.
Он вдруг оборвал воспоминание. Джоан заметила неловкое молчание, которое никто не решался нарушить.
Граф оказался самым храбрым.
— Что вы сейчас делаете, генерал? Что-то новое? — спросил, показывая на игрушку. — Знаете ли, мисс Хардинг, наш генерал — гордый человек. У нас здесь есть маленькая мастерская, где нам разрешается делать разные вещи: сапоги, корзинки и прочее. Когда прибывает лодка, они все это собирают и увозят в город. Взамен привозят нам сигареты, шерстяные носки, шарфы. Сапоги делать наиболее выгодно. Но генерал никогда не делает сапог.
— Никто не скажет, — гордо перебил генерал, — что генерал армии его императорского величества пал до того, что делает сапоги.
— Вместо этого он изготавливает деревянные игрушки, — объяснил граф. — Он их сам выдумывает.
— Это новая. — Генерал улыбнулся нетерпеливо. — Я вам покажу.
Он поднял игрушку и потянул за маленькую палочку; деревянный крестьянин и медведь, вооруженные молотками, по очереди били по наковальне, смешно дергаясь. Маленькие молоточки ритмично ударяли в такт музыке. Гфаф тихо прошептал на ухо Джоан:
— Никогда не заговаривайте о его сыне. Он был капитаном в старой армии. Красные повесили его — на глазах отца.
— Видите ли, — объяснял генерал, — я всегда думаю, что мои игрушки идут в мир, и с ними играют дети, маленькие, крепенькие, розовые ребятишки, как Юра… И иногда я думаю ну: не смешно ли будет, если одна из игрушек попадет к нему в руки и… Но какой я дурак!.. Одиннадцать лет… он уже взрослый юноша теперь…
— Шах и мат, доктор. — Хриплый голос сенатора прозвучал неожиданно громко. — Вы вообще следили за игрой? Или я потеряю единственного человека, с которым могу говорить?
Он бросил на генерала мрачный, многозначительный взгляд и покинул комнату, хлопнув дверью.
— Бедняга, — вздохнул генерал. — Вы не должны на него злиться, мисс Хардинг. Он не разговаривает ни с кем, кто говорит с вами. Он немного не в своем уме.
— Он не может вас простить, — объяснил граф, — за то, что он считает нашими… скажем, культурными различиями. С его кодексом чести. Видите ли, он застрелил собственную дочь вместе с большевиком, который на нее напал.
Товарищ Федоссич нашел коменданта Кареева инспектирующим посты охраны на стене.
— Я беру на себя смелость рапортовать, — он салютовал, — что нечто незаконное происходит сейчас в библиотеке.
— В чем дело?
— Эта женщина… Она ставит музыку.
— На чем?
— Передают по радио.
— Ну и прекрасно. Я не слышал музыки пять лет.
Когда комендант Кареев вошел, в библиотеке стояла странная, напряженная тишина. Мужчины окружили Джоан. Она сидела на корточках перед радиоприемником, медленно поворачивая ручку, прислушиваясь, сгорбившись сосредоточенно. Он почувствовал тревожность момента и остановился в дверях.