Отрави меня собой

— Мальчик, здесь не шалят! Ты потерялся?

— Ах, вот ты куда делся? — тут же прилетел сердитый окрик Аркадия Степановича.

— Скука, — отмахнулся Витя, одаривая недружелюбным взглядом Машу.

— Виктор! За свое поведение ты можешь лишиться прогулки на твоих квадриках, — строго и безжалостно выговорила Алевтина Арсеньевна.

— Ба! Так нечестно! — укоризненно воскликнул Витя, и обиженно замахав руками, убежал в другую комнату, увлекая за собой деда.

Зато Оля от выходки мальчишки шарахнулась назад и попала прямо в крепкие руки мажора. Веселый волнующий шепот пробрал ее до костей:

— Надо бы пугать тебя почаще. Вот мне счастья отвалится!

— Прекрати! — шикнула она, освобождаясь и оглядываясь по сторонам. — Мы в общественном месте.

— До чего ты скучная, Медведева, — протянул Лавр, наигранно зевая.

— Уж какая есть. Терпи, — ухмыльнулась она.

— Да хоть всю жизнь! — оскалился Артём, обнажая белоснежные зубы.

— Да ну тебя, — вспыхнула Оля.

В окончании экскурсии Марта Арнольдовна провела их к пруду и сообщила о том, что у них есть час погулять по усадьбе. Народ разбрелся и тут же достал свои гаджеты, чтобы зафиксировать себя на фоне дома, крыльца, беседки, пруда или под кедрами. Некоторые даже снимали короткие видео-блоги и выкладывали их на свои странички в сетях.

Оля с Машей и Артём спустились на набережную к пруду. Виктор держался на подозрительно близком к ним расстоянии, игнорируя оклики бабушки и деда. Спустя какое-то время в смартфоне Ольги и Артёма сформировался целый альбом интересных фото, парочку которых они с удовольствием отправили Вере Павловне в качестве фото-отчета.

— А ты не боишься, Лавров? — как-то странно поблескивая глазами, поинтересовалась Оля.

— Чего?

— Что тебя увидят в соцсетях вместе с нами? Репутацию не подмочишь?

— С чего это вдруг я должен этого бояться, Медведева? Мне глубоко наплевать, что там кто подумает. Я провожу время там, где хочу и теми, с кем хочу. Ясно? Если я считаю, тебя и Машу достойной себе компанией, то это мое дело. Усекла? — он ожидал очередного упрека, но Оля опустила плечи, лицо ее просветлело, и она улыбнулась.

— Спасибо, Артём.

— Обращайтесь, — отозвался он, с трудом сдерживая желание приложить ладонь к своей груди, где сладко замлело сердце, окутанное невероятным теплом. Вот что эта девчонка с ним делает?! Достаточно всего одной улыбки, чтобы он поплыл.

— Артём, а можно вас попросить нас с супругой и с внуком сфотографировать? — обратился к нему Аркадий Степанович.

— Без проблем.

Мажор отошел и принялся изображать из себя папарацци. При позировании для первых двух снимков Виктор стоял спокойно, а потом умчался к пруду и едва ли не перевесился через перила прямо рядом с Машей.

— О… осторо-жно, — дернулась она, слегка заикнувшись и вжала голову в плечи, ожидая от мальчишки какую-нибудь гадость по поводу ее медленной речи. Но сорванцу на это было плевать, ибо он даже ничего не заметил. Зато перелез через поручень и норовил чуть ли не влезть в воду.