Всё, как ты захочешь

— Правильно. От меня чего хочешь?

— Поддержки? — Наивно предположила я, а бабуля покачала головой.

— Подзатыльника хорошего ты хочешь, Галка. И себя, и его мучаешь. За что, спрашивается? Езжай к мужу и не ломай голову над проблемой, которой нет!

— Не могу, ба…

— Ну, что ещё? — Отозвалась она недовольно, так, словно хочет побыстрее избавиться. Я я проделала характерный вдох носом, в сторону чашки с любимым кофе. Бабуля нахмурилась и отставила чашку подальше. — Ты что-то говорила про детей?

— Детей хочу. — Напомнила я и потянула руки к чашке. Тут же получила по ним удар мягким полотенцем.

— Вот и иди, займись делом. — Отвернулась, а потом резко повернулась обратно. — Что? — Удивилась, глядя на моё недовольное лицо. — Дети это всегда жертвы. С чего-то нужно начинать. — Вытянула голову в направлении кофе и эмоционально развела руками она, после чего сдержала мягкую улыбку. — Я считаю, что тебе просто не хватило какой-то самостоятельности и ты хочешь, чтобы важное решения приняли за тебя другие. Пора взрослеть, Галя. Хочешь быть счастливой — борись за своё счастье. Не умеешь бороться — учись это делать. Не хочешь учиться — просто повторяй за своим мужем и помни, ты у него тоже в каком-то смысле первая. И он познаёт основы брака вместе с тобой. Дмитрию Алексеевичу непросто и если ты, как женщина, в любом случае сможешь положиться на своего мужа, то ему баловаться некогда. Каждое принятое решение будет стоить очень дорого, а твой муж уже в таком возрасте, когда это слишком хорошо понимаешь, чтобы размениваться по мелочам. — Я слушала, затаив дыхание и открыв рот, не сразу уловив, что лекция по домострою подошла к концу. А бабушка совсем не педагогично фыркнула в мою сторону. — Ну, и чего сидим, кого ждём?

Получилось абсолютно искренне улыбнуться её напускной сердитости, я потянулась через стол и громко чмокнула в губы, удерживая за шею, чтобы не упиралась.

— Ты самая лучшая, ба!

— Подлиза. — Проворчала она в ответ и чтобы придать ускорения, встала из-за стола первая.

Вместе мы вышли в прихожую.

— У Димы скоро день рождения, будет неплохой повод посмотреть наш дом и как мы в нём живём. — Ненавязчиво предложила я, медленно продвигаясь к входной двери. Бабуля отчего-то раздражённо вздохнула. — Я не настаиваю, да и с друзьями он будет отмечать в ресторане, а уже чуть позже дома, с семьёй. Его родители, кстати, обещали приехать. Можно было бы познакомиться… — Продолжала я, не обращая внимания на, тускнеющее на глазах, бабулино лицо.

— Я слишком стара для подобных мероприятий. — Отмахнулась она.

— Но я была бы очень рада.

— Как-нибудь в другой раз. — Неуверенно она сдавала позиции, потому как ранее категорически отказывалась идти в гости.

— Дима не против. — На всякий случай добавила, но бабуля снова отмахнулась.

— Он звонил уже, приглашал. Не знаю я, подумаю. Но ничего не обещаю. — Добавила скоро, словно предыдущих слов я не услышала. Махнула мне на прощание рукой и тихо прикрыла дверь.

А на улице, не смотря на жару, с явным воодушевлением на лице, меня ожидал водитель.

— Теперь домой. — Заверила я, опережая его и не позволяя открыть передо мной двери.

Дома настроение как-то поубавилось, как, впрочем, и уверенности в светлом будущем. Общая напряжённая атмосфера витала в воздухе. И все мои претензии тут же прокрались в голову, словно их кто-то на ухо нашёптывал. Диму я увидела на кухне, он что-то колдовал у плиты, при моём появлении, повёл плечами, но не обернулся, а я замерла, толи любуясь, толи углубленно размышляя.

— Что-то хочешь сказать? — Полуобернулся он, не отрываясь от готовки, я аж на месте подпрыгнула, так на тот момент отвлеклась. Шагнула на кухню увереннее, опёрлась руками о излюбленную барную стойку, слегка на неё наваливаясь, Дима обернулся и взглядом будто бы повторил вопрос.

— Да… нет… с чего бы?

Он повернулся и кинул на меня более долгий, более строгий взгляд, чуть нахмурился, но тут же постарался расслабиться. Лицо разгладилось и выражало общее умиротворение. Притворщик!

— Я у бабули была.

— Молодец, как она? — Сухо, скупо на эмоции, немного напряжённо.

— Передаёт привет, сказала, что на день рождения не придёт. Я ещё рассказала, что твои родители приедут, так она ещё больше отнекиваться стала. — Дима не отреагировал. — Как чувствует, — добавила я тише, а муж ухмыльнулся, было заметно как дрогнули его плечи.

— Что ещё? — Уточнил с нажимом, а я разозлилась.

— Дим, а ты тогда правду говорил, про датчики слежения, отслеживание звонков, встреч, переговоров, маячки во всевозможных предметах и прочие шпионски штучки, да?

Он неспешно измельчил зелень, пальцами провёл по острому лезвию огромного тесака и только после этого повернулся ко мне, предварительно отшвырнув его в мойку.

— Тебя что-то напрягает?

— Я вопрос задала. Да и претензии тебе пока не выставляла.

— Ах, пока?! — Сложил он ладони перед собой, опёрся боком о столешницу, и мне, чтобы видеть его глаза, пришлось пересесть.

— Да, пока! — Проговорила громче положенного в ответ на его провоцирующий тон, тут же выдохнула, успокаиваясь. — Дим, а ты не мог мне позвонить и спросить, где я нахожусь? Зачем было… — Он посмотрел с вызовом, а у меня тут же губа затряслась от волнения. — Ты понимаешь, в какое положение меня ставишь? Вот, что он подумает? Что ты мне не доверяешь, что контролируешь? Совсем недавно о доверии говорил, Дима. А сам… сам… следишь, словно я повод дала. Я из редакции выйти не успела, как ты уже знал об этом, тут же позвонил и уточнил, почему мы не подъезжаем к дому. Я не понимаю этого!