Волк [ЛП]

— Там…

Ну, это нисколько не сузило поиски.

Когда она уже была готова отпустить его, Эйпекс выбросил руку в сторону и схватился за ручку. Мощным рывком он повернул ручку и широко распахнул дверь… а потом, оттолкнувшись от нее, рухнул в помещение как пьяный, падая лицом вниз с безвольными конечностями.

— Закрой дверь… закрой гребанную дверь, — простонал мужчина.

Рио заскочила внутрь, но не захлопнула дверь… потому что под ними были люди. Над ними, вероятно, тоже. Они и так достаточно громко топали.

Когда она аккуратно прикрыла дверь, внутри все сразу же погрузилось в темноту, и ее единственным ориентиром в пространстве стало тяжелое измученное дыхание мужчины. Ее глаза приспособились, различая смутные очертания столешницы, раковины, стола сбоку, деревянный стул в углу выделялся в темноте благодаря мягкому свечению по бокам панелей, заколоченных поверх окон.

— Кухонный лифт, — сказал Эйпекс хрипло.

— Прошу прощения? — Рио опустилась на колени. — Что, черт возьми, происходит? Тебе плохо?

— Там… есть кухонный лифт. Он опустится вниз под твоим весом. Когда ты будешь готова, я тебя подниму.

— Без обид, но ты сейчас с трудом дышишь. Как насчет того, чтобы сосредоточиться на этом?

— Иди… со мной все будет в порядке. Просто дай мне минуту.

Рио посмотрела туда, куда указывал Эйпекс. В стене напротив была панель, обозначенная молдингом. Квадрат три на три фута, с ручкой внизу.

Мужчина закашлялся, снова напомнив ей о том пациенте.

— Когда ты спустишься, то сразу увидишь, что нужно. Делай, что нужно, потом крикнешь в шахту, когда будешь готова, чтобы я поднял тебя.

— Я возьму с собой пистолет, — сказала Рио больше себе, чем мужчине.

Хотя он был говнюком без капли уважения, она не хотела оставлять Эйпекса. Но им нужно было выполнить задачу, поэтому она встала и пересекла комнату под хруст штукатурки под ногами. Оказавшись у лифта, Рио подняла крышку люка. Там было так темно, что пришлось ощупать лифт руками, чтобы понять его размеры.

— Придется снять накидку. Иначе не влезу.

— Делай что нужно.

Она с облегчением сбросила удушающий капюшон и сделала глубокий вдох. Потом поставила ногу в пространство и поморщилась, когда бедро, возражая, обожгло болью.

— Мне следовало почаще ходить на йогу, — пробормотала она.

— Что это?

Рио оглянулась назад. Эйпекс все еще лежал как мертвая муха на подоконнике, сложив руки и ноги так, словно они болели.

— Ты уверен, что будешь…

— Иди.

Протянув руку, Рио ухватилась за какой-то выступ. Затянув себя в кабинку три на три фута, стало страшно, когда подъемный механизм зашатался. И, черт, когда она протиснула голову так, чтобы в лифт вошли ее плечи, то уязвимое место на затылке взревело от боли как банши.