Апокалипсис Всадника

– Братиша, ты меня только не огорчай! – почти угрожающе, с надрывной тревогой в голосе Онже целится в меня указательным пальцем. – Ты что, выскочить собираешься из замута? Мы зря старались, зря готовились к этому рывку? Да ты что, не втыкаешь?! Цель уже перед нами, все перед нашим носом, только протянуть руку осталось, понимаешь?

Увы, Онже сам не готов осознать, что Матрица, которую он все еще боготворит, для меня теперь предмет ужаса, а не обожания. Система и есть пресловутый Левиафан, чудовище из пучин, «зверь, вышедший из вод многих». Инфернальный спрут, распластавшийся по организму мыслящего человечества необъятной раковой опухолью. Он некогда возник, взрос и вызверился из темных джунглей коллективного бессознательного, запустив теперь щупальца-метастазы во все сферы индивидуальной и общественной жизни.

Если Бог, дарующий свет и тепло всем без разбора, действует из принципа абсолютного альтруизма, то в условиях инфернальной Системы определяющим фактором деятельности индивида и общества, главной жизненной ценностью и своеобразным мерилом человеческого бытия сделался эгоизм. И для того, чтобы достроить перевернутую пирамиду иерархической несправедливости, при которой самые дурные и беспринципные аккумулируют в своих руках все ресурсы, средства производства и прибыли, рычаги давления и принуждения, Система намерена освятить себя самое с помощью «божественного» Мессии. Готовясь воцариться глобально, Матрица стремится возвести на всемирный трон духовного лидера, пред которым склонят головы все народы. Антитипа, Лжемессию, АНТИХРИСТА.

Нынче ночь. Эгоистичное «Я» стремится заменить собой альтруистичное «МЫ», заместить его, упразднить самый принцип божественной неисчерпаемой Полноты. Эти Сумерки разума, Кали-Юга и Гибель богов необходимы для того, чтобы наше мироздание вновь зарозовело рассветом юного дня. Система суждена человечеству ради исполнения Замысла. От борьбы Жизни и Смерти, и нашего в ней деятельного участия зависит, возникнет ли во Вселенной Сверхновая, либо на этом месте образуется черная дырка ненасытной адовой пасти.

Я узнал, как нужно действовать лично мне, чтобы послужить Свету. Пазл собрался, загадки разгаданы, вопросы получили ответы. Однако теперь мне следует собраться с мыслями и вернуться в трезвое состояние разума, чтобы действовать аккуратно, избежав прямой схватки с Левиафаном в ближайшее время. Я смогу достичь своей цели только выйдя из-под контроля его служителей и не входя с левиафанцами в конфронтацию. Онже сделался мне помехой, шилом в заднице, шпорой в подреберьях. Он все еще там, в моем позавчерашнем прошедшем. Загипнотизирован трупным свечением безжизненных ценностей: богатства и власти. Ноздри его раздуваются хищно, чуя запах скорой добычи. И ему нельзя сейчас доказать, что это вонь разлагающейся мертвечины, дыхание гибели. Смерти физической и, что куда более страшно, духовной.