Предназначение демона (СИ)

— Постой!

Но Ева, собственнически, высокомерно усмехаясь, зная о своей власти над ним, не собиралась останавливаться. Никогда не слушала его. Кожа на спине начала гореть, расползаясь широкими бордовыми полосами, наполняя сознание вязким жаром болезненного удовольствия. Как давно он не ощущал этого, не чувствовал ее. Азаил поднял пылающий взгляд и встретился с таким же огнем, чуть безумных глаз королевы. Она расправила плечи, прогибая спину словно кошка, наслаждаясь жарким потоком его мощи, что свободно струился по ее телу, поднимая похоть. Усмешка вновь коснулась губ властителя: королева просыпалась, с удовольствием ощущая, как его сила позволяет ей вновь обрести свои страсти, при помощи которых она могла свернуть с пути праведного кого угодно, даже Шепфа.

Смольные волны ее волос заструились, спадая с хрупких плеч, оттеняя их молочную белизну. Он уже задыхался желанием, когда Ева вдруг тихо вскрикнула и схватилась тонкими пальчиками за край кровати. Азаил бросился в ужасе к ней, но едва горячие руки сомкнулись на лёгкой фигурке, как из узких лопаток, прямо на месте старых шрамов, вырвались бордовые перистые крылья, возвещая о том, что королева вновь обрела бессмертие, наполненная неуёмной силой предназначенного ей демона.

Ещё пару минут, она испуганно цеплялась за крепкие, ласковые руки, но потом подняла горящий взор и аккуратно повела плечами. Улыбка, полная детского, неподдельного счастья, озарила ее напряжённое лицо.

— Такие тяжёлые. Уже и забыла.

— Не спеши.

Сатана аккуратно притянул ее к себе, приглаживая смольные волосы, наполняя сознание возлюбленной спокойствием и уверенностью. Подвижная, трепещущая энергия, вновь начала подниматься, заполняя его лёгкие запахом свежести, свободы, весеннего ветра. Он не поднимал глаз, не потому что боялся. Просто король ада вновь чувствовал себя молодым, Азаилом, предназначенным, живым.

***

Я стояла перед закрытой дверью кабинета Сатаны и заламывала в волнении руки. Что мне сказать, как себя повести? Кто она для меня теперь? Свекровь? Королева? Ева…

Двери отворились, пропуская нас, с Люцифером, в полумрак владений повелителя. Навстречу выбежала моя Ева. Моя. Лёгкая, словно ветер, веселая, подвижная и такая родная подруга с привычным визгом повисла на моей шее, крепко прижимаясь всем телом. Аромат ее струящихся волос, звонкий, радостный голос, сияющая энергия, все в ней кружило голову, заставляло сердце биться чаще.

— Вики! Ты это сделала! — по бледным щекам дьяволицы вновь потекли слезы облегчения. — Ты вернула его мне. Моего Азаила.

— Я же обещала. — Сдержать улыбку, совсем непредусмотренную протоколом, было выше моих сил.

— А я верила! Знала, что ты не предашь нашей дружбы… Меня.

Глубокие, большие глаза Евы стали грустными, тонкие пальчики дрожали, перебирая мои волосы. Она боялась. Я одобрительно коснулась ее виска губами, подталкивая к Люциферу. Наследник замер, выпрямив спину и слегка раскрыв крылья, алый взгляд внимательно изучал пространство прямо перед собой. Он не знал, как должен реагировать, что чувствовать, как поступить. Смятение заполняло его душу, отражаясь в сознании злостью, но не к ней, этой совершенно незнакомой дьяволице, а скорее к себе самому, за неспособность контроля над ситуацией.

Королева неуверенно подошла к сыну и стала внимательно его разглядывать. Ее тонкие пальчики аккуратно коснулись шершавой щеки, спустились на подбородок, скользнули по шее на рубашку. Люцифер не двигался, словно окаменел, но его душу переполняли страсти, сменяя одна другую так быстро, что в сомкнутых кулаках то и дело вспыхивало пламя.

— Он — твоя копия, Азаил! — Хорошенькое личико просияло подлинным счастьем, от этого сбитый с толку наследник вышел из состояния оцепенения и впервые посмотрел на мать.

— Я же говорила, что он будет похож на тебя! Я говорила…

— Ты говорила, что будет девочка. — Из мрака выступил безмолвный, до этого момента, Сатана.

Властитель изо всех сил старался сохранить надменную непоколебимость, но весь его облик стал другим. Он словно светился изнутри, его манеры, речь, взор, все стало мягче, спокойнее, проще.

— Да. — Покраснела, смутившись, Ева. — Но так лучше! Ах как же он хорош! Мой Люцифер!

Она стала обходить принца кругом, аккуратно касаясь алых перьев на крыльях.

— Это ведь ты выбрал имя, Азаил?

— Конечно.

— Как оно подходит ему. Несущий свет! — королева, вновь заглянула в глаза сына. — И только крылья в меня.

Алоглазый не мог больше сопротивляться ее детской, восторженной непосредственности. Он одобрительно улыбнулся и тут же тонкие ручки сомкнулись на его шее. Я лишь счастливо усмехнулась уголками губ, наблюдая, как он неуверенно смыкает ладони, заключая в объятья мать.

— Мой светоносный. Я дала аду наследника, как и обещала! — ее искреннее счастье просто струилось в воздухе, обволакивая нас. Люцифер и Сатана, однако, сразу напряглись, вспомнив при каких обстоятельствах случился этот чудный факт.

— Он обижал тебя, мой мальчик? — вздрогнула Ева, мгновенно почувствовав, как расправились плечи сына, выдавая волнение.

Наследник искренне рассмеялся ее непосредственности, уступая наконец переполнявшим царственную душу страстям.