Заложница поневоле

Родители Ульяны и Снежана пришли уже через сорок минут. Операция продолжалась, у меня взяли показания, но я не рассказал им, где сейчас преступник. Промолчал, чтобы самому поквитаться. Медсестры несколько раз выходили из операционный, но на вопросы не отвечали. Последний раз они вошли туда с какими-то пакетами. Но мне никто так и не ответил. Тамара Романова плакала не переставая, Снежана успокаивала бедную женщину. Дмитрий Романов молча стоял возле жены.

— Доченька! Кто так поступил с тобой? Кто?

— Мама, успокойся, она выживет, Ульяна сильная.

— Как это случилось? — подал голос отец Ульяны. Он выглядел хмурым и задумчивым. И только глядя на мужчину внимательно, можно было увидеть отца, беспокоящегося за дочку, а не циничного адвоката, который действует, основываясь на фактах и доказательствах. — Как так случилось, что мою дочь похитили? — мужчина поднял лицо ко мне, его жена перестала всхлипывать и плакать, и тоже посмотрела на меня. — Из-за тебя? Ты что мне обещал, Родионов? — мужчина побагровел от злости. Быстро оказался подле меня и ударил кулаком в челюсть. В общем, он был прав и имел право бить меня. Я не собирался защищаться или оправдаться. Мне не понять его состояния.

— Что вы делаете? — вдруг ко мне подбежала Ирина вместе с мужем. — Почему вы бьете моего брата?

— Ирина, что ты здесь делаешь? Руслан, убери жену, — устало сказал, не собирался еще и с ней ссориться.

— Уйди, — так же, как и я, проговорил отец Ульяны. — Уйди из жизни моей дочери. Оставь её в покое, если не можешь защитить ни её, ни себя.

— Не могу, извините, я люблю вашу дочь. И мне очень жаль, что так случилось, — я говорил искренне. Поссориться с отцом своей женщины в такую трудный момент, не собирался. — И уйду, если об этом попросит только она. Лично. А до тех пор, не смогу это сделать.

— Пошел вон!

— Папа, оставь его, — подала голос Снежана. Встала с места и подошла к отцу, опустила руку на плечо мужчины. — Виноват не только он. То есть, это не он виноват.

Мужчина обернулся к дочери и не понимал, что она говорит. Зять обняла жену за плечи.

— О чем ты?

— Это я виновата, — Снежана опустила голову. — Это случилось по моей вине. Мужчина, который похитил её, м-мой парень. И девушка, которая обвинила Марка в домогательстве, — она сделала паузу, — это была я.

Её мама встала и быстро оказалась рядом со Снежаной, развернула к себе лицом.

— Дочка, о чем ты говоришь?

— Что все это значит?

— Я влюбилась, папа. Знаю, это преступление, оклеветать кого-то, кто невиновен, но, — она зарыдала, — но это было его просьба. Я не понимала серьезность своего поступка. Мне сказали, что он отсидит несколько лет, это никак не отразится на нем, не сломает. Но я не знала, что он захочет отмстить за это. Влад не предупредил меня об этом!

Хлесткая пощечина раздалась в тишине коридора. Отвернувшись от них, стиснул кулаки.

— Уходи и не появляйся передо мной больше никогда.

Будь сейчас Ульяна рядом, она просила бы отца простить сестру. И в душе радуюсь этому. Если раньше я хотел, чтобы Снежана ответила перед законом, сейчас уверен, она уже ответила сполна. То, что отец отказался от неё, уже наказание.