Лора [Книга 1]

35. Пигалица

Макс, развалившись на подушках, медленно передвигал по доске шахматные фигуры, играя сам с собой. Сегодня Ксхет отправляет гонца к императору с предложением обменять на него Мергейл. Значит сколько у него осталось? Он сходил белым конем. Примерно пять дней пути, если через пролив. Три дня у императора на раздумья. И опять пять дней, чтобы вернуться с ответом. Черный слон поглотил пешку. Итак, через тринадцать дней он умрет. Можно конечно попытаться сбежать. Но он ничего не знал о замке и окрестностях. И, если поймают, смерть будет долгой и мучительной… ооочень долгой. Патовая ситуация. Конь встал перед королем: шах.

Кто-то постучал и сразу открыл дверь, не дожидаясь приглашения. Макс недовольно поднял голову. На пороге стояла та самая вчерашняя девчонка с тайрой. В руках у нее был поднос с обедом. Она приветственно улыбнулась и энергично зашла в комнату. «Ну, только тебя мне не хватало», — раздраженно подумал принц. Он сам так и не понял, почему рабыня столь сильно вывела его вчера, но отголоски того чувства, когда глаза вдруг заволокло красной пеленой и было одно желание: придушить ее, ощущал до сих пор. В довершении ко всему, девчонка всю ночь снилась Максу в каких-то тревожных страшных снах, полных непонятных образов, так и не дав нормально отоспаться. Хорошо, хоть голова перестала кружиться и почти уже не болела.

— Добрый день, ваше высочество, как вы себя чувствуете? Выглядите лучше, чем вчера, — защебетала она как ни в чем не бывало, делая вид, что не замечает его недоброго взгляда.

Макс не удостоил девушку ответом, пристально наблюдая за тем, как рабыня ставит поднос перед ним и ожидая, когда она наконец уйдет. Но наглая девица, вместо того чтобы оставить его в покое, села напротив, скрестив ноги, отчего полы юбки разошлись почти до самой талии, обнажая стройные персиковые бедра и, мерцающие от какого-то крема, выступающие тазовые косточки. Удобно устроившись, она снова лучезарно улыбнулась, уставившись прямо ему в глаза. «Что за черт», — пронеслось в голове. Принц ответил ей тяжелым взглядом, который понял бы даже мертвый, и, извиняясь, удалился. Но эта пигалица только чуть склонила голову набок, продолжая улыбаться, и откровенно разглядывать его. Тоже молча, как и сам Макс. «Интересно, если ей сейчас по лицу врезать, она продолжит так сидеть?», — закралась в голову запретная мысль, обычно принцу не свойственная. От нее вдруг стало веселее, и он тоже мило улыбнулся в ответ, представляя, как у нее остается красный отпечаток ладони на щеке. Может даже губа опухнет. Или вообще треснет. Он конечно так не сделает, но картина выглядела очень эффектно. Девушка как- будто поняла, что он воображает всякие мерзости и, наконец, сделалась серьезной, но и не подумала встать и уйти.