Всемирная история в десяти томах. Том 1

С необыкновенной наглядностью изображены способы добычи диких животных, применявшиеся мезолитическими охотниками Леванта. На первом плане всегда находится фигура охотника, вооружённого луком. Лук, главное приобретение культуры мезолитического времени, является здесь основным оружием. Он представлен в двух видах. На одних рисунках лук имеет вид широкой и длинной дуги величиною с человека, если не более. Это простой лук, большой размер которого увеличивал силу его действия. Но известны и такие изображения луков, на которых отчётливо видна вогнутость по середине. Очень может быть, что эти луки относились уже к числу наиболее ранних луков сложной конструкции, рефлексирующих, т. е. изгибающихся в обратном направлении, когда их освобождали от тетивы. Стрелы тоже отличались друг от друга по форме наконечника и оперения. Их хранили в специальных, по-видимому кожаных, колчанах. Вместе со стрелами употреблялись и метательные дротики. Целые пучки таких дротиков или стрел часто изображены в руках охотников и воинов. В охоте участвовали и собаки — единственное домашнее животное мезолитических племён Испании.

На одном рисунке в Куэве Ремигии изображена сцена выслеживания тремя охотниками горного козла. Внизу показано, как два охотника внимательно изучают следы зверя, изображённые с редкой тщательностью и наглядностью. Показано, что один из охотников оставил по дороге свой пучок стрел и походную охотничью сумку. Высоко вверху следы зверя заканчиваются, козёл встретил здесь третьего охотника, который и направил в него свою стрелу. В том же ущелье с особенной подробностью и силой изображена облава на кабанов.

Есть и такие охотничьи сцены, где как будто нарочно подчёркнуто, что охота была делом опасным и нелёгким. На одном из рисунков изображено, как разъярённый бык, вероятно только легко раненный торчащими в нём стрелами, скачет за убегающим охотником.

На всех многочисленных групповых рисунках ясно и определённо выступает коллектив первобытных охотников, скреплённый тесными кровными и экономическими узами, узами совместного труда и борьбы с природой.

Несмотря на то, что в целом преобладают сцены с участием одних только мужчин, сцены охоты и войны, женщина появляется в рисунках Леванта вовсе не как случайный и второстепенный персонаж. Она занимает в них определённое и значительное место. В тех редких случаях, когда среди образов наскальных росписей появляются дети, они всегда связаны с женскими фигурами: мать и дитя неразлучны; дети принадлежат женщинам, как это и положено в условиях материнского рода и группового брака, где отцовство не играет той роли в общественных отношениях, какую оно играло позже. Одно изображение на фоне быков женщин, по-видимому, танцующих вокруг маленькой фигуры мужчины, указывает на обычную для времени господства материнского рода важную роль женщин в общинном культе, в магических обрядах привлечения животных под стрелы и копья охотников. Как свидетельствует этнография, всё это черты, свойственные тем обществам, где продолжают жить представления, сложившиеся в условиях материнского рода.