В лабиринтах вечности

— Смотри, уже пять часов в шахте, а такое чувство, что прошло всего несколько минут! — периодически вырывалось у Пауля удивлённые возгласы, — смотри только что было два и почти сразу четыре, может нам уже стоит идти обратно? Мустафа, что ты хочешь найти здесь?

Араб не обращал на его всхлипы никакого внимания и полз…, полз дальше.

Вдруг, после очередных причитаний, Мустафа повернулся и сказал: (Пауль в этот момент даже испугался, так араб изменился в лице).

— Ты ищешь следы Атлантов, но ни разу не сопоставил то, что имеешь и то, что видишь!

— О чем ты?

— Твои монетки! И знаки на них!

— И что?

— А то! Свидетельства Атлантов ты можешь найти только здесь! В этом лабиринте!

Сказал и снова пополз, совершенно не обращая внимания на протесты немца, требующего объяснений.

Какое-то время они еще ползли молча. Но когда каменный рукав лабиринта увеличился, и они смогли встать во весь рост, молчавший до тех пор Мустафа, повернулся к Паулю. (Его лицо стало другим, — отметил про себя Пауль, — что-то в нем изменилось.)

— Мы по подземному лабиринту поднялись к Храму. «Умножение Радости Исполненного Желания»…

— О каком храме ты говоришь? Я не знаю такого… — попытался было оспаривать Пауль, но Мустафа не дал ему договорить.

— И никто не знает, но ты хотел доказать, что твой дед прав, не так ли?

— Да…, но…

— Никаких «но»! Мы сейчас поднимемся в святилище, и ты увидишь Его!

— Кого?

— Жука!

— Жука? Я тащился сюда, ползал здесь, как червь, меня пытались сожрать тысячи скорпионов, я измок и весь в грязи только для того, чтобы увидеть какого-то «Жука»? — у Шлимана от возмущения перехватило дыхание. Он не мог понять шутит ли с ним Мустафа или говорит всерьез? И отчего так болит голова или это от духоты и влажности лабиринта?