Доминирующий вид

– Тацуки! Тацуки Мицури! – обрадовался парень.

– Можно присесть?

– Конечно, – отвечала Аяне, без особого энтузиазма. «Что ему надо?» – подумала она с лёгким раздражением, вынимая второй наушник. Парень помолчал. Аяне бросила взгляд на табло, её поезд должен был придти через пять минут сорок секунд. Тацуки поймал этот её взгляд и глубоко вздохнув, заговорил, сбиваясь и краснея.

– Ты меня не помнишь, наверное, а я вот тебя помню! Ты стала такая красивая! То есть…, ты и была очень красивая! Ты мне всегда нравилась! – краска залила его щёки.

Аяне удивлённо подняла брови и посмотрела на него. Он продолжал торопливо, боясь взглянуть на неё.

– Я видел, что над тобой издеваются! Но я так и не решился ничего сделать! Я был очень жалким! Если бы можно было всё вернуть! – голос его дрожал.

– Странно, я совсем об этом забыла! – задумчиво проговорила Аяне.

– Я ушла из школы, поэтому не знаю, как там эти глупые курицы?

– Они так больше и не появились! Перевелись в другую школу, как я слышал! – отвечал Тацуки.

– Вот как? Хорошо, – Аяне криво усмехнулась.

Тацуки покосился на неё, ему стало не по себе. Аяне посмотрела на него и улыбнулась. Рельсы загудели, сигнализируя о приближающемся поезде.

– Как ты думаешь, кто я? – Аяне, вытащила из-под рукава куртки браслет, охватывавший её запястье и показала его молодому человеку.

– Этот браслет настоящий? – спросил он испуганно. Поезд подошёл к платформе, Аяне встала.

– Я заражённая! Меня не нужно жалеть! – сказала она равнодушно.

– И ещё – я даже не могу сказать, что ты мне не нравишься! Я тебя просто не помню! Прощай! – двери вагона закрылись за ней. Аяне вставила наушники, в уши, устраиваясь на сиденье, и через секунду поезд унёс её прочь. Тацуки остался сидеть один на скамейки бледный и подавленный.

*************

Вытирая полотенцем пот со лба она подумала, что неплохо сегодня потренировалась. Теперь она ходила на другую баскетбольную площадку, она была дальше от её дома и это было неудобно, но выбора не было, так как ближайшую она сама разгромила, когда сражалась с этим странным уродом. Она убрала мяч в сумку, накинула куртку, рука её снова натолкнулась на смятый клочок бумажки с его телефонным номером. Она опять подумала о том, что его надо выбросить, но по какой-то причине она уже несколько дней не могла заставить себя сделать это. Она успокаивала себя тем, что бумажка истреплется, номер станет нечитаемым и она сможет с чистой совестью его выкинуть. Вслед за ней в подъезд зашёл высокий молодой парень в сером пиджаке, он улыбался как-то нехорошо. В лифте он рассматривал её с наглой бесцеремонностью, даже с вызовом. «Пристать собирается?» – подумала она озадаченно. Едва она вышла на площадке своего этажа, успев краем глаза заметить, что странный парень вышел следом за ней, как прямо перед собой увидела точно такого же парня, похожего как две капли воды на того что шёл за ней следом и также нехорошо улыбавшегося, обнажая ровные, неестественно ровные белые зубы. «Ты ещё не сталкивалась с охотниками!» – вспомнила она слова того незнакомца чей телефон лежал у неё в кармане. Она не успела достать своё оружие, они были быстры, слишком быстры для неё! Прежде чем смогла осознать происходящее, она уже увидела себя летящей вниз с высоты седьмого этажа, вокруг неё осколки стекла, неровные острые края торчат из её рук и обнажённых икр. Она упала точно на крышу припаркованной машины. Звук удара оглушил её, на секунду она потеряла сознание, затем истошный вой сигнализации привёл её в чувство. Стёкла машины вылетели, от удара крыша сильно прогнулась внутрь. «Надо вставать!» – эта мысль была похоже на щелчок тумблера, и она понимала, что это единственное что может спасти её, но всё что она смогла сделать, это лишь немного приподнять голову. Прямо напротив машины на которую она приземлилась, сидел забравшись с ногами на скамейку, средних лет мужчина, бомжовского вида, заросший, со шрамом через всё лицо, в каком-то грязном, то ли сером, то ли коричневом плаще. Она ещё заметила, что его как будто совсем не удивило это её «эффектное» появление. И ещё её удивило, что она продолжает осознавать всё происходящее вокруг и вся та боль от вывернутых и сломанных костей, от разорванных внутренних органов, хотя и очень сильна, но как будто происходит не совсем с ней самой, как будто где-то в стороне. Бомж посмотрел на неё с интересом и проговорил: