Именем Анны

– Это был такой клочок кожи, тонкий, почти пергамент. Верочка всегда держала его при себе и шептала потихоньку, повторяя. Алфавит латинский. Гласных мало. Здесь ничего такого нет…

– Ладно, жди!

Сидеть Ленту надоело, надо было действовать.

Отца он нашёл в кабинете, тот был чернее тучи, но Лент ничуть не испугался и, положив перед ним письмо, потребовал: – Я хочу закрыть эту страницу моей жизни, отец. Я хочу знать, что было написано на том клочке бумаги, который ты отдал Анне. Больше вопросов не будет.

Отец вздохнул тяжелее и дольше, чем могло показаться нужным.

– Я принимаю твои условия. Где-то нужно провести черту и поставить на прошлом крест.

Он встал и прошёл к одному их старинных комодов. Лент не узнавал этого шаркающего шага и сгорбленной спины, хотелось обнять старика, ободрить, но не сейчас, для этого у них ещё будет время. Сейчас нужно поставить точку в одном из ответвлений его расследования. Как ни странно, но в голову приходила именно такая ассоциация. Именно расследование. Начавшееся тогда, в Париже, и ещё не завершённое полностью, потому что состоит из нескольких подразделов.

Сначала была мама. Она переписала историю, и сделала это не из любви к сыну, а из любви к его отцу. Она знала, что призывая Демона, должна была пережить смерть любимого Петеньки. Его тело осталось бы с нею, это так, но не дух – и этого ей было мало. Лент расскажет об этом отцу сегодня же – отец должен знать. Нет, пусть расскажет Алевтина. Это будет честно.

Итак мама ушла, отказавшись от выполнения родовой клятвы, заменив её другой. Клятвой служения Демону в следующей жизни и добровольной жертвой. Недопуск чёрного в этот мир – достаточная заслуга. А это значит что? А это значит, что переселение силы произошло. В эту секунда родилась девочка, которую назвали Анной. Она приняла в себя часть жёлтой силы, но родилась почему-то светлой. Как несправедливо – родиться светлой для того, чтобы служить чёрному. Парадокс.

Шли годы, девочка росла. Сила матери привела её к Ленту. Но ничего не подозревающий лишённый силы отец не мог передать ей нужных знаний, а без должного воспитания и чувству тёмного долга тоже взяться неоткуда. Итак, она ничего не знала о том, что её ждёт. Демон тоже не торопился её просвещать. Судя по записям Анны, первые видения начались у неё тогда, когда Лент вошёл в силу. Такой сосуд Демону, вероятно, подходил, тогда и начались видения, маскируемые ею под профессиональный стресс. Лент не знал технологии призыва, не знал, может ли Демон заставить свою избранницу призвать его через силу, но судя по тому, как настойчиво Анна пыталась установить слова жертвенной клятвы, давление усиливалось. Она не хотела потерять Лента. Наверняка не хотела и прочих смертей, связанных с материализацией. Да и себе, пожалуй, не желала подобной участи. Супруга Демона. Да уж.

Как бы то ни было, заклинание снова сработало, Жертва была принята, и Демон отправился за Черту дожидаться следующей кандидатки, которая, возможно, окажется более сговорчивой. Так и получилось. С Миной договорились.