Чингисхан. Завоеватель мира
- Автор: де Хартог Лео
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Астрель, АСТ, Олимп
- ISBN: 978-5-271-16485-9, 978-5-17-042958-5, 978-5-7390-1901-1
- Переводчик: Е. А. Ерохин
- Жанр: История
Электронная книга - «Чингисхан. Завоеватель мира». Краткое содержание книги:
Предлагаемая читателю книга Лео де Хартога, голландского специалиста по Монголии, всесторонне изучившего эту тему — самая полная на сегодняшний день биография «завоевателя мира» Чингисхана.
Тот факт, что Бурхан-Халдун укрыл Темучина, его семью и товарищей, стал причиной, по которой Темучин почитал эту гору. «Гора спасла мою бедную жизнь, — сказал он. — Я никогда этого не забуду». Он высказал благодарность горе, как было принято у монголов: перекинув пояс через плечо, сняв шапку и совершив девять[116] коленопреклонений к югу[117]. Не без помощи Тогрула, но в основном благодаря названому брату Темучина Джамухе меркиты были побеждены в месте слияния Хилка и Селенги. Бортэ была освобождена и снова стала женой Темучина[118]. Мать Бельгутея не вернулась назад. Она добровольно осталась с меркитом, взявшим ее в жены[119].
Похищение Бортэ имело продолжение. Вскоре после возвращения она родила первого сына Джучи[120], что ставило под сомнение отцовство Темучина. Согласно монгольским обычаям Темучин не видел в этом проблемы, и у нас нет никаких указаний на то, что он относился к старшему сыну иначе, чем к другим детям. Однако неопределенность с отцовством имела свои последствия. Потомков Джучи, хотя они формировали самую древнюю ветвь Чингисидов, никогда не рассматривали в качестве наследников престола империи. Потомки других сыновей Чингисхана, очевидно, настолько умело эксплуатировали это обстоятельство, что ветвь Джучи никогда не допускалась до выборов Великого Хана.
Дружба Темучина и Джамухи вылилась в тесное взаимодействие этих двух побратимов. Их сотрудничество длилось полтора года без каких-либо серьезных проблем[121]. За это время Темучин повстречал различных вождей и влиятельных мужей других племен. Тогда же началась его дружба с Мухул и из племени джалаиров, позднее одним из его высших командующих. Темучин с большой серьезностью относился ко всем советам Мухули[122].
После того как Темучин и Джамуха покинули берега Онона, Джамуха сказал своему другу: «Если мы расположимся близ гор, от этого выгадают табунщики. Если мы расположимся близ горного потока, от этого выгадают пастухи». Темучин, не поняв этого замечания, обсудил его с Оэлун и Бортэ. Довольно странно, что Бортэ, освобожденная из племени меркитов во многом благодаря Джамухе, настраивала Темучина против его названого брата. Той же ночью эти два мужчины разошлись[123].
Племена, объединенные в годы дружбы Темучина и Джамухи, раскололись на два лагеря. В группе, которая поддерживала Темучина, было несколько потомков первых ханов, которые в прежние времена объединили монголов. Они, притом что каждый из них был претендентом на власть, примерно в 1195 году и даровали Темучину титул хана, назвав его Чингисханом[124] и обещав верно служить ему.
Неизвестно, что означает «Чингис», долгое время этот вопрос активно обсуждался[125]. Похоже, что выбор этого имени происходит из амбиций молодого Темучина[126]. Хотя сам Темучин не был суеверен, но решил укрепить свое положение за счет смены имени, создав таким образом впечатление, что он избран Тенгри. В этой связи мы должны упомянуть о его сотрудничестве с влиятельным шаманом Кокэчу, который сыграл непоследнюю роль в выборе имени[127]. Поэтому не лишено оснований предположение, что этот политический ход был связан с тем, что шаманство в то время все еще было широко распространено, и смена имени могла убедить людей в том, что Чингисхан избран Тенгри[128].
После своего возвышения Чингисхан сделал двух своих верных друзей, Боорчу и Джельмэ, главными советниками[129]. Одно из качеств, которое помогло Чингисхану укрепить свои позиции, особенно в ранние годы правления, — это его организаторские способности. Не будет преувеличением сказать, что его гений проявлялся прежде всего в его таланте военачальника[130], его знании людей и именно организаторских способностях. Эти три качества должны были сделать его одним из самых великих правителей в мировой истории.
Одной из первых мер, принятых новым властителем, стало создание административной структуры в том месте, где он и его последователи находились в данный момент. Из своего опыта Чингисхан знал, что кочевая жизнь сопровождается постоянными опасностями. Мародерские вылазки и набеги были обычны. Он исходил из того, что, если он решил остаться у власти, ему необходимо занять руководящую позицию так, чтобы его подчиненные преклонялись перед ним, что существенно помогло бы ему в объединении земель. С этой целью Чингисхан сформировал стражу, которая, хотя и была малочисленной, состояла из отборных лучников и мечников. Стража должна была всегда находиться возле него. Кроме того, он уделял особое внимание тому, насколько военная часть обеспечена пищей и обмундированием и как проходит дрессировка лошадей. Это были важные вопросы для кочевников, живших в степях. Чингисхан очень строго следил за тем, что происходило вблизи его ставки, и пускал в нее только тех людей, которых высоко ценил. Он требовал, чтобы его приказы выполнялись как можно быстрее[131].
116
Данная монгольская традиция во многом дублирует более раннее, высокое почитание числа «девять» у древних тюрок. Знамя Чингисхана было «девятибунчужным», желательно было, чтобы число даримых подарков было кратным девяти и т. д. Более подробно см.: Трепавлов В. В. Государственный строй Монгольской империи XIII в. Проблема исторической преемственности. М., 1993. С. 70. (Примеч. науч. ред.)
117
Ibid., par. 103.
118
Ibid., par. 104–110.
119
Ibid., par. 112.
120
Pfelliot, 1949, p. 26; Boyle, 1971, pp. 97–98.
121
Haenisch, 1948, par. 117.
122
Vladimiitsov, 1948a, p. 29.
123
Haenisch, 1948, par. 118–119; Cleaves, 1982, sect. 118–119.
124
Haenisch, 1948, par. 123.
125
Pfelliot, 1959, p. 297; Ratchnevsky, 1983, pp. 82–83.
126
Сейчас наиболее принятой в исторической литературе версией объяснения слова «Чингис» является гипотеза его происхождения от тюркского слова «тэнгис» — «море», «океан». В этой интерпретации титул «Чингисхан» значит «хан-океан», в переносном смысле «владыка вселенной» (Кычанов E. И. Жизнь Темучжина, думавшего покорить мир. Чингисхан: личность и эпоха. С. 86–88. (Примеч. науч. ред.)
127
Pelliot, 1959, p. 301; Boyle, 1958, p. 39.
128
Vladimirtsov, 1948a, p. 34.
129
Haenisch, 1948, par. 125; Cleaves, 1982, sect. 125.
130
Практически все исследователи сходятся в признании выдающихся организаторских способностей основателя Монгольской империи. Однако в оценке его талантов военачальника подобного единодушия нет. В целом признаются дарования Чингисхана-стратега, но в наличии у него достоинств тактика сомневался даже такой известный почитатель Темучина, как Л. Н. Гумилев. (Примеч. науч. ред.)
131
Vladimirtsov, 1948a, pp. 34–35.