Игра с огнем [litres]

– Сколько еще любовниц моего мужа и сына ожидается? – ледяным тоном спросила бабушка у адвоката Артура Альбертовича.

– Теперь все в сборе, – спокойно ответил Артур Альбертович и предложил для начала помянуть Льва Григорьевича.

Вскоре мы все узнали, что дед оставил две зарегистрированные на него машины бабушке, то есть законной супруге, а деньги разделил между семью внуками, о существовании которых ему было известно на момент написания завещания. Адвокат сказал, что мы с Яночкой, Игорь и Зина (дети тети Майи), а также незаконнорожденные дочери моего отца и сын Гриши (внук Софьи Михайловны) получим примерно по двести тысяч рублей. Сумма на счете будет разделена в день вступления в права наследования.

– Яночке нужна машина, – сказала мама. – Она разбила свою.

Я не стала уточнять, какую по счету. Вторую точно. Или уже третью?

– Я напишу доверенность, – сказала бабушка. – Я все равно не умею водить машину.

– Да зачем мне эта рухлядь?! – взвилась Яночка. – Я же видела, на чем дед ездил! Эти машины можно только на свалку отправить!

Бабушка заметила, что на одной из них ездил еще ее отец, и ничего – обе машины на ходу: дед следил за их состоянием. Я предполагала, что, скорее, следил кто-то из его пациентов или родственников пациентов. Хотя дед и сам был рукастый. Но у него просто не было времени лежать под машиной.

– Я не могу ездить на таких машинах! – Яночка кипела от возмущения.

– Езди на общественном транспорте, – предложил наш двоюродный брат Игорь, накладывая себе очередную порцию еды.

Игорь всегда отличался прекрасным аппетитом, как и его папа. Оба были плотного телосложения, хотя им требовалась сила – оба трудились хирургами-стоматологами. Мне, к счастью, пока к ним обращаться не приходилось, но две мои коллеги, которых я посылала к дяде Мише, говорили, что зубы он дерет божественно. Моя двоюродная сестра Зина была стоматологом-терапевтом, но я ее услугами не пользовалась, чтобы не общаться лишний раз. Зина – экоэнтузиастка. Это новый термин, появившийся вначале в английском языке, а потом перекочевавший к нам после появления и у нас этих самых энтузиастов, которые борются за экологию. Дело, конечно, хорошее, но зимой улицы все-таки стоит посыпать реагентами, солью или песком. Такого гололеда, как год назад, у нас не было никогда. И нам объяснялось, что от реагентов отказались для защиты окружающей среды. А в каком состоянии уже находилась окружающая среда к моменту отказа? Нигде в Петербурге нельзя купаться. Люди, конечно, в жару лезут в воду, но официально все водоемы признаны не соответствующими санитарным нормам! Продолжается слив отходов в водоемы, в особенности областные, воды и берега меняют цвет. Конечно, со всем этим надо бороться, но не так, как Зина, читающая нравоучительные лекции всем знакомым.