Дюна и философия: путь ментата

Обеспокоенность евгеникой варьируется от академической философии до диких пророчеств о конце света. Примеры, приведенные в ответах на возникшие вопросы, часто считаются принадлежащими только миру научной фантастики: человеческие клоны и другие продукты генетики, различные слияния машины и человека, сверхлюди, превосходящие нынешних представителей вида Homo sapiens (т. е. более умные и живучие, умеющие лучше приспособляться). Они эволюционируют за рамки Homo sapiens в один или несколько новых видов и создают новый мир, разделенный на генетически усовершенствованную элиту, генетически недоразвитый пролетариат и так далее.

При пересечении этики с наукой в данных вопросах возникает широкая озабоченность по поводу сохранения человечества, смысла человеческой жизни, того, что врачи и ученые «играют в Бога», вмешиваясь в природу, и что они не заботятся или не имеют понятия о социальных последствиях своих исследований.

Неудивительно, что научная фантастика создала арену для далеко идущих спекуляций в этой широкой области, которую мы называем словом «евгеника». В своей давней и легендарной связи с концепцией евгеники такие авторы, как Герберт Уэллс, Говард Филлипс, Лавкрафт, Айзек Азимов, Артур Кларк и, конечно же, Фрэнк Герберт исследовали возможности, заложенные в программе генетических манипуляций у людей.

Интерес Фрэнка Герберта к возможностям и этическим последствиям генетических манипуляций с людьми очевиден во всех его работах (особенно в «Улье Хелльстрома», «Барьере Сантароги», «Эксперименте Досади», а также в «Семенном фонде»), включая серию романов «Дюна». В них Герберт демонстрирует три долгосрочные евгенические программы, каждая из которых имеет свою этическую позицию: программа Бене Гессерит, Бога-Императора Лето II и Бене Тлейлаксу. Он также мимоходом упоминает другие виды генетических «продуктов», такие как гхолы и порочные ментаты Бене Тлейлаксу, создание иксианцами Хви Нори в качестве представителя к Лето II и генетические манипуляции с нечеловекоподобными животными, такими как тхорсы и кресла-собаки. В одной идее закрепился его интерес к евгенике: в способности планировать, выходящей за рамки нескольких жизней. Эта идея является прямым результатом интереса Герберта к экологии в крупных масштабах.