Третья цифровая война: энергетика и редкие металлы

Первые опыты по преобразованию природной энергии в электрическую начались в Германии в 1980-е годы[52]. Но лишь в 2015 году на конференции по климату в Париже (COP 21) в бизнес-центре Ле-Бурже 195 стран официально подтвердили свое участие в общемировом проекте по развитию новых видов энергии. Его целью также являлась борьба с глобальным потеплением, и странами-участниками была поставлена задача снизить к концу XXI века средние температурные значения на 2°С благодаря замене ископаемого топлива на возобновляемые источники энергии.

Делегаты парижской конференции уже собирались подписать данное соглашение, как вдруг в зал заседаний вошел какой-то мудрый старец с голубыми глазами и густой бородой, похожий на странника, явившегося из дальних краев. Загадочно улыбаясь, он прошел через толпу глав государств и, встав за трибуну, с серьезным и глубокомысленным видом начал свою речь: «Ваши намерения прекрасны, и новый мир, который вы собираетесь построить, будет радовать всех нас еще долго. Но вы не подозреваете, какие опасности могут подстерегать вас на этом пути!»

Воцарилась тишина.

Затем старец обратился к западным делегациям: «Этот проект нарушит стратегические планы вашей экономики. Из-за него множество людей лишится работы, что вызовет кризис в обществе и широкие народные волнения. И он ослабит вашу военную мощь». После этого он добавил, обращаясь ко всем присутствующим: «Энергетическая и цифровая революция нанесет огромный вред окружающей среде. В конечном итоге и ваши усилия, и та цена, которую придется заплатить нашей планете, чтобы построить эту новую цивилизацию, окажутся настолько значительными, что скорее всего у вас ничего не получится». И завершил свою речь туманной аллегорией: «Ваша власть настолько ослепила вас, что вы больше не видите, как ничтожен моряк, плывущий в открытом море, и как мал альпинист, стоящий у подножия горы. Ведь последнее слово всегда остается за природой!»

Разумеется, никакого мудрого старца на самом деле не было. Он никогда не выступал на конференции по климату в Париже (COP 21), а по ее окончании не сел в вагон метро, чтобы вернуться туда, откуда появился. В этот день 196[53] присутствующих в Ле-Бурже делегаций подписали это соглашение, взвалив тем самым на себя непосильную ношу и даже не задумываясь о важнейших вопросах: где и как они собираются добывать те самые редкие металлы, без которых весь этот проект не имеет никакого смысла? Кто теперь окажется в более, а кто в менее выигрышном положении, как это было с углем и нефтью? Какие материальные, человеческие и природные ресурсы придется задействовать для получения их необходимого количества?[54]