Русский апокалипсис. Фантастический репортаж из 2000 года

Депутаты чувствовали себя уверенно. По Конституции в течение первых двенадцати месяцев после выборов президент не имеет права распустить Думу. Они знали, что на антиконституционный путч с разгоном парламента президент не пойдет; реальная сила была не на его стороне. И они якобы бесстрашно бросили вызов постоянно болеющему и дряхлеющему на глазах президенту.

Вызов, как и ожидалось, принят не был. Правительство Путина отправилось в отставку. Первым кандидатом в премьеры считался мэр Москвы Юрий Лужков. Практически Лужков уже видел себе в этой роли. Он этой роли страстно добивался, поскольку пост премьер-министра был той стартовой площадкой, с которой он мог совершить летом прыжок в президентское кресло. Но усилия Лужкова заблокировали его якобы соратники по Думе Зюганов и Примаков, сами будущие кандидаты в президенты. Оба понимали, что премьерский пост почти гарантированно выводит Лужкова на первое место в президентской гонке, лишая их самих всякого шанса на успех. Мэр Москвы остался мэром Москвы.

Президент назначил и. о. премьер-министра бывшего первого вице-премьера Николая Аксененко. Аксененко довольно быстро понял, что шансов в борьбе за президентство у него нет и за оставшиеся полгода их создать не удастся, и полностью сосредоточился на извлечении доходов из своей новой должности. Тем более, что было ясно: новый президент, кто бы им ни стал, затеет коренную ломку в системе власти. Так стоит ли заниматься косметическим ремонтом!

Начался новый раунд ожесточенных предвыборных баталий — теперь уже за президентское кресло — битв компроматов, информационных войн, громких финансовых и политических скандалов. С самого начала нарисовались три фаворита: лидер КПРФ Зюганов, председатель нижней палаты парламента и бывший премьер Примаков, мэр Москвы Лужков. Неожиданно вырос и почти сравнялся с рейтингом фаворитов рейтинг руководителя «Яблока» Григория Явлинского.

Противники президента праздновали победу. Мало того, что оппозиция завоевала Думу, и думское большинство теперь могло диктовать свою волю президенту. Путин — человек, на которого президент ставил всерьез и которого официально провозглашал своим преемником, самый молодой из крупных российских политиков и, безусловно, один из самых способных и перспективных, — был взят за шкирку и как щенок вышвырнут из большой политики. Это произошло в марте.

Но ситуация оставалась крайне двусмысленной. Невозможно было поверить, что Борис Ельцин — пусть одряхлевший, пусть больной! — вот просто так перенесет унизительное поражение. Всю весну и все начало лета российский политический мир обсуждал проблему: будет ли Ельцин участвовать в выборах? Газеты печатали пространные статьи на эту тему, юристы и политики давали интервью. Сам действующий президент на прямой вопрос ответил так: «Два-а срока прошло… Нельзя!», — и упер кулак в ладонь левой руки. Но в другой раз в ответ на тот же вопрос он сказал: «Вот будет союз… Решим». Имелся в виду союз с Белоруссией. В случае заключения союза Ельцин мог выдвинуть свою кандидатуру уже не на пост президента России, а на пост президента нового союзного государства. Но союз при явно высказываемом желании обеих сторон объединиться, никак не заключался. Даты подписания договора все переносились и переносились. Политические обозреватели ставили заключение союза с Белоруссией в прямую зависимость от желания или, наоборот, нежелания Ельцина выдвигаться на третий срок. Но все было, конечно, не так просто. Беларусь слыла заповедником коммунизма в Европе. Слишком скорое и чрезмерное сближение с ней плохо бы отразилось на международном имидже России. К тому же либералы и реформисты в России боялись, что на выборах главы союза может победить не Ельцин, а более молодой и энергичный Лукашенко. В конце концов союзный договор подписали. Но вопрос о главе, нового объединенного государства был искусно обойден. Новым союзом должен был управлять коллективный орган — Государственный совет. При этом руководители объединяющихся государств сохраняли свои полномочия в полном объеме. Неясно было, чем должен заниматься и что может решать Госсовет. Он оказался чисто декоративным органом чисто декларативного объединения. Лукашенке не отказали, Лукашенку не удовлетворили. Есть такая игра: черного — белого не берите, да и нет не говорите. Оказалось, что в этой игре России нет равных. Но все-таки возможность переизбираться на третий срок в качестве президента нового союза для Ельцина закрылась.