Мои воспоминания. Том 1. 1813-1842 гг. [litres]

«Постраничные заголовки составлены по содержанию» (с. 24), – предупредил он; эти заголовки, иначе колонтитулы, навязчиво, на каждой странице преследующие читателя, строго идейно выдержаны и, мягко говоря, решительно смещают авторские акценты: первая составляющая «революционной ситуации», бесчинства и злоупотребления власть имущих – «Капризы Лопухиной», «Купанье в шампанском», «Интриги Дубельта», «Извороты Бенкендорфа», «Пытка декабриста» и проч.; несостоятельность власти – «Глупые проекты», «Неспособность начальников», «Тупоумие сановников», «Бездействие генералов», «Глупость Урусова», «Анекдотический губернатор», «Сумасшедший министр», «Падение курса рубля» и проч.; вторая составляющая «революционной ситуации», бесправие и бедственное положение народа – «Битье солдат», «Гибель солдат», «Розги в институте», «Разорение населения», «Царские пиры и голод», «Нравы крепостного времени», «Выколачивание недоимок», «Истязания крестьян», «Бедствия рабочих» и проч.; пробуждение классового сознания трудящихся – «Ненависть к угнетателям», «Пропаганда революции», «Забастовка извозчиков», «Первый рабочий союз», «Бунт крепостных», «Брожение на Дону», «Прокламации 1863 года», «Революция в Польше», «Брожение в России», «Войска против студентов», «Войска против народа».

Дельвиг для С. Штрайха – «весьма умеренный либерал из русских чиновных немцев, старавшихся, наряду с сохранением баронских титулов, подчеркнуть свой „истинно-русский“ патриотизм и преданность идее православно-монархического великодержавия» (с. 573), поэтому совсем не грех придать его «писаниям» (выражение Штрайха) смысл, до которого барон не дорос в силу своей сословной ограниченности.