Трамвай

Несколько минут она просто ехала стоя.

А потом решила глянуть в окно и слегка наклонилась.

Там мелькали проносящиеся мимо городские пейзажи – дома, машины, витрины. Только слишком быстро они пролетали назад. И город какой-то незнакомый. Но не чужой. Свой. Тот самый в котором она жила много лет. Но почему-то распознать где они сейчас едут было трудно. Совсем почти невозможно. Ерунда какая-то! Марина знала, была на сто процентов уверена, что она в своем городе, а местность не узнавала. Или точнее не могла различить. Вглядывалась. Щурила глаза и морщила лоб, но не понимала какое это, например, сейчас здание за окном? Большое. Серое. Высокое. Магазин внизу? Или аптека? Автосалон? Все не то! Здание ярко освещено, но этот свет почему-то не проникает в салон трамвая. Ни один лучик! Здесь по-прежнему темно!

Холодные капли покатились по спине, а волосы зашевелились от подползающего страха.

– Ну ты сядешь наконец или так и будешь стоять перед глазами? – раздался из мрака чей-то раздраженный голос. Причем Марина не поняла какой – женский или мужской. Просто противный и скрипучий старческий голос. Она растерянно стала оглядываться, но по-прежнему не видела ни зги в кромешной тьме. – Сядь и успокойся уже! – продолжил брюзга во мраке, – а то кондуктора позову!

– Вы кто? – пробормотала она туда, откуда предположительно говорили.

– Конь в пальто! – некто явно не был самым вежливым человеком. – Я пассажирка. Как и ты! Кем я еще могу быть здесь? – а потом тихо себе под нос. – Ну что за кретины! Дурак дураком погоняет!

Марина поперхнулась и закашлялась. Потом попыталась сделать шаг в пустоту и поискать место для того чтобы присесть.

– Только смотри не оттопчи людям ноги! – продолжал нагнетать голос. – Знаем мы таких. Потом ни обуви, ни ступней не останется. Ну шевелись ты уже, каракатица!

– Послушайте, Вы! – не выдержала вновь прибывшая пассажирка, – выбирайте выражения! А то я не посмотрю, что вы старый. Или старая… В общем прекратите свои отвратительные оскорбления!

– Старая? – возмущению в неизвестном голосе не было предела. – Значит я старая? Ты это имела ввиду, мерзавка? Я же ненамного старше тебя! Неужели не видно? – а дальше противореча сама себе. – Я на тебя посмотрю, когда ты достигнешь моих лет! – и потом последовало неразборчивое шипение и бормотание.

– Вы издеваетесь? – Марина выпучила глаза, но это так и не помогло ей что-либо различить в темноте. – Вы действительно считаете, что я вас вижу? Да я даже не понимаю мужчина вы или женщина!

– Что? – невидимая собеседница даже хрюкнула от обиды. – Да как ты смеешь? Я известная дама. Меня многие знают и уважают. А уж тут – тем более. Так что, хочу предостеречь тебя, милочка, против дерзкого поведения. Чревато, знаешь ли! Если я позову кондуктора…

– То, что?

– А ничего! Тебе не поздоровится!

– Зови! Зови, старая грымза! – Марина заговорила громче. – Мне тоже хочется узнать почему в трамвае нет электричества и мне приходится бродить тут во тьме, натыкаясь на всяких вредных старух!