Роковой перстень Распутина [litres]

– Типа вход бесплатный, а деньги берут за возможность выйти, – перевел для себя старый вампир. – Точно как у твоего кузена Михаила. Вернее, в вверенных ему Подземельях. Кстати, если мы не поторопимся, у нас есть шанс почувствовать это сходство на себе.

– Мы не поторопимся. – Еве сейчас не надо было напоминать о серьезности ситуации. – Кроме простой сигнализации смертных тут стоит и магическая защита.

– Зачем? – снова спросил Скиф на этот раз уже расстроенно. – Тут нет совсем ничего ценного. Даже мелкие артефакты вроде бы в том углу. Почему столько сложностей? И все ради какой-то…

– Банки для печени фараона, – закончила за него девушка. – Думаю, тут дело в суевериях. Многие смертные верят в магию Древнего Египта, их темные секреты. Частично это суеверие возникло из-за сложных погребальных обрядов египтян. Как раз из-за мумификации и этого складирования органов.

– Ну, вообще, да, – Магнус кивнул. – Ведь в канопы клали органы для того, чтобы в следующей жизни фараон мог собрать свое тело заново. Это если все очень сильно упростить. Но в любом варианте истории есть что-то такое… зловещее и в то же время волшебное.

– Наверное, сам факт перерождения, – рассеянно подсказала Ева. – Я сейчас сниму магическую защиту.

– А сигнализация? – деловито напомнил ее спутник.

– Просто не будем сдвигать ящик с места, – равнодушно отреагировала маг. – Вытащим канопу с помощью чар.

– Две канопы, – уточнил Магнус. – Мало ли в каком они состоянии. Я не мешаю?

Ева только помотала головой. Каким бы беспечным ни был Скиф по жизни, когда дело касалось поиска, он полностью доверял своей молодой напарнице, всегда слушался ее беспрекословно и старался помочь.

Маг-артефактор встала так, чтобы не пересекать невидимую линию, протянувшуюся между «глазками» датчиков движения, но находиться как можно ближе к интересующему их контейнеру с экспонатами. Теперь она изучала стенку ящика: магическая защита, как сеть, покрывала всю площадь короба изнутри. Но даже у сети бывают дыры…

– Продолжим о суеверности смертных, – в тоне Евы послышался хорошо знакомый Магнусу веселый азарт поиска. – Ты сам сказал, в их обрядах было нечто… особенное. Я бы сказала – имеющее темное очарование, как это бывает с большинством мифов. И вот! Канопа – часть этого мифа. Знаешь, сколько может оказаться любителей истории, готовых присвоить частицу культа, религиозную, по сути, вещь?

– Чтобы прятать в канопу свою печенку? – усмехнулся Магнус. – Рюкзак подержать?

Ева кивнула и вручила ему свой любимый потертый рюкзак, сопровождавший ее во многих приключениях. Она бы легко обошлась без помощи старого вампира, но Скиф не любил оставаться в стороне. А здесь, в хранилище, ему повоевать не с кем и вообще опасности никакой нет. Так старый вампир чувствовал себя не в своей тарелке. Ева любила Магнуса как названого отца, потому готова была занять его хоть какой-то мелочью, чтобы он не чувствовал себя лишним в этом поиске. К тому же кто знает, что он решит устроить, чтобы занять себя самостоятельно?