Выпаданка (не) обыкновенная

Колеса кареты делали последний оборот, когда пассажир на переднем сиденье коротко пожал руку водителю, решительно открыл дверь и направился в нашу сторону.

«Не Тайгер» — облегченно подумала я.

Молодой мужчина с открытым и таким знакомым лицом, никак не может быть массивным тигром-оборотнем.

Хотя плечи стремительно приближающегося юноши и были чуть шире, чем обычно бывают у человеческих мужчин, уж кем, а оборотнем он не был.

Оборотни не носят изумрудно-зеленые, расшитые золотом, сюртуки. Предпочитают иной крой… Они не жалуют мобили, и уж тем более не носят очки-гоглы, как и любые другие артефакты. А этот, помимо прочего, надел на лицо небольшой шиток-полумаску явно артефактного происхождения.

Как, например, и этот крупный медальон с пятью переплетенными шестеренками. Это тоже артефакт.

Незнакомец подошел так близко, что я смогла рассмотреть его во всей красе.

Постоял мгновение перед дверцей кареты, позволяя мне любоваться лучами солнца, игравшими в его каштановых волосах. Поправил медальон с ужасно знакомыми мне шестеренками.

Я улыбнулась, понимая, что единственный человек в Лоусоне мог вот так сорваться, бросив все, чтобы меня встретить… Единственный человек, подходящий по возрасту этому юноше. Единственный наследник семьи Гаро, который мог бы носить фамильный медальон… рывком открыл дверь кареты, встал одной ногой на ступеньку, будто это его действие могло остановить её движение, если кучер вздумает вдруг ехать дальше.

Он тепло улыбнулся и глядя мне в глаза сказал:

— Я скучал, Джин.

Если мамочка звала меня Евой, то Николя Гаро с первых дней звал меня не иначе, как «Джин».

И я не выдержала! Слезы предательски выступили в уголках глаз. Пока он не заметил, я бросилась ему на грудь, шепча:

— Николя, я тоже скучала.

Он как-то вздрогнул, замер, напрягся всем телом, но через мгновение каменные мышцы его плеч расслабились под моими руками. Я почувствовала, как он изменился в моих объятьях, стал своим, родным, признал.

Не выпуская дверцу кареты, Николя обнял меня второй рукой, сминая тщательно уложенные волосы. Все вдруг стало неважно. Тем более какая-то прическа!

— Джин, подожди немного.

Я вдруг подумала, что он, возможно, проездом и увидел карету и меня в ней случайно. И вот сейчас уедет и я снова его не увижу. Может быть уже никогда! Стало горько и обидно. Горячие слезы потекли из глаз, и я уже не могла бы их скрыть при всем желании.

— Не уходи. — прошептала я ему, отчаянно надеясь, что сейчас он останется.

Николя отстранился, осмотрел меня и с сожалением оглянулся на водителя в мобиле.