История о колдовстве [litres]

Всё случилось так быстро, что горожане даже не сразу поняли, что их беде конец. Они благодарно взревели – так громко, что плотина чудом не треснула снова.

– Славно, все довольны, – заключила Бристал. – А теперь полетели, пока…

– Поразительно! – взвыл церемониймейстер. – Одним лишь мановением руки Фея-Крёстная восстановила Западную плотину и спасла Форт Лонгсворт от десятилетия дождей! А теперь Совет фей поднимется на сцену к королю Ворворту, где тот вручит им дар в знак признательности нашего королевства!

– Что-что? – изумилась Эмеральда.

Феи посмотрели вниз и увидели, что король Ворворт стоит на сцене с большим золотым кубком. Тангерина и Скайлин радостно запищали.

– Они хотят нас наградить! – сказала Скайлин. – Обожаю награды!

– А можно мы останемся и примем подарок? – спросила Тангерина у остальных. – Ну пожалуйста, ну пожалуйста!

– Ни в коем случае, – отрезала Эмеральда. – Если король Ворворт хотел наградить нас, сначала он должен был обсудить это со мной. Нельзя позволять людям тратить понапрасну наше время.

– Да брось, Эм, – сказала Тангерина. – Мы до седьмого пота трудились, пытаясь завоевать одобрение целого мира, – и вот наконец получилось! Если не разрешать людям восхищаться нами время от времени, в конце концов им просто расхочется!

– Мне кажется, Тангерина в чём-то права, – сказал Ксантус. – Да, король Ворворт нарушил правила, но ведь простой народ об этом не знает. И если они не увидят церемонию, которой ждали, то наверняка обвинят в этом нас. Не стоит давать им лишний повод снова нас возненавидеть.

Эмеральда застонала и закатила глаза. Затем закатала рукав мантии и посмотрела на изумрудные солнечные часики, которые красовались у неё на запястье.

– Ладно, – пробурчала Эмеральда. – Ещё двадцать минут, но не больше.

Фея щёлкнула пальцами, и вдруг от плотины к сцене протянулась изумрудная горка. Эмеральда, Ксантус, Тангерина и Скайлин соскользнули по ней вниз и подошли к королю Ворворту, но Бристал помедлила. Она заметила, что за всё время с починки плотины Люси не промолвила ни слова и стояла неподвижно, задумчиво разглядывая толпу.

– Люси, ты идёшь? – спросила Бристал.

– Да, сейчас, – отозвалась та. – Я просто думаю.

– Ой-ой, – встревожилась Бристал. – Похоже, дело серьёзное, если ты не спешишь поскорей оказаться на сцене.

– Как думаешь, мы достаточно стараемся?

Этот внезапный вопрос удивил Бристал.

– Что?

– Мы чиним плотины, строим мосты, помогаем людям – но достаточно ли этого? – продолжала Люси. – Все эти люди пришли сюда посмотреть на чудеса, и что они получили? Замазку для трещины да какой-то ерундовый ветерок.

– Ну да, – ответила Бристал. – Мы ведь дали людям ровно то, что было им нужно.

– Да, но хотели они другого, – возразила Люси. – Если я чему и научилась после всех выступлений в Гусиной труппе, так это тому, как мыслит публика. Если эти люди уйдут разочарованными, даже на толику, то рассердятся на нас. И, как сказал Ксантус, повода возненавидеть нас снова им давать не стоит. Если в народе невзлюбят Совет фей, то в конце концов это коснётся вообще всех фей на свете, и бабах! Магическое сообщество вернётся к тому, с чего и начинало. Мне кажется, разумнее будет остаться и устроить этим ребятам настоящее представление.