Кимберли (СИ)

Выглянув немного из-за плеча Норинора, я заметил двух сирен, на одного из которых очень был похож Алекс, только тот был массивный и большой, а вот фигурой явно пошёл во второго родителя. Они подошли к моему деду и стали о чём-то беседовать, при этом вампир старался найти взглядом меня.

 — Да чтоб тебе родить от демона, — прошептал я и сжал кулаки.

Что-то странно. В руках я почувствовал материал. И лишь только сейчас понял, что что-то не то.

Во-первых, Алек молчал и даже встал так, чтобы прикрыть меня от остальных. Во-вторых, я стоял очень близко к вампиру и сжимал лацканы его пиджака. И в-третьих, вампир дозволил мне быть близко и ничего не говорил, лишь старался быстро дышать. Наши взгляды встретились, и в глубине отразилось маленькое, почти незаметное тепло.

 — Упс, прости, — я, отцепив руки от пиджака и поправив складочки, сделал шаг назад.

 — Человечка, импульсивная натура, но умеет говорить «прости». Это интересно, — Норинор съязвил, от чего мой адреналин подскочил, и очень сильно зачесались руки.

 — Вампирёныш, смог минуту продержаться и не съязвить, это открытие века. На шоколадку, — и пока вампир попытался что-то сказать, я впихнул в его рот кусочек шоколада и, развернувшись, пошёл в сторону общежития.

 — И почему ты такой с Кимберли? Милый, интересный, не падает к твоим ногам, а говорит трезво, без помутнения рассудка.

 — Он человек.

 — Да умоляю тебя. Хватит этих предрассудков.

Всё это я услышал благодаря временному слуху. Кровь оборотней дала мне преимущества, от которых я и в восторге, и не очень. Но хоть сейчас я всё же услышал спокойный голос, без язвления, злобы и презрения.

====== 3. ======

С Дорианом я встретился через три часа после его прибытия.

Всё это время они вместе с директором Амитэвилем, заперевшись в кабинете, что-то обсуждали. А затем, через помощника секретаря, просили подойти.

Пока шёл в сторону главного здания, ловил разные взгляды, от интереса до презрения, но были и те, кто был занят своими проблемами, и ему не было интересно, зачем и почему вызвали к директору человека.

На общей площадке повстречались с оборотнем-лисом Эйджем и его прихвостнями.

Парень отличался от них яркостью своей внешности. Ярко-рыжие волосы, на концах которых белые прядки, точёный носик чуть вздёрнут, угольно-чёрные глаза, смотрящие на всех сверху-вниз, улыбка красива, но, из-за постоянного недовольства, была вытянутая в тонкую линию. Костюм из зелёного шёлка ласкал и подчёркивал его фигурку, и в особенности подтянутую кругленькую попку, а на ногах лодочки чёрного цвета с рисунком из чёрного алмаза. Его приспешники и подлизы лишь пытались походить на него, но тот не зря, видно, их лидер, Эйжд мог себя подать и показать себя, а те лишь играли роль.

При виде меня оборотень, как всегда, скривил губки, а в глазах появились искры превосходства и чего-то ожидаемого, которое он ждёт с нетерпением.

 — Что, Имассио, можно ожидать, что ты скоро покинешь это заведение. Сам Дориано Шердолистэ прибыл и требует тебя, — я вопросительно приподнял бровь и хотел спросить, откуда тот так осведомлён, но оборотень ответил, не дожидаясь моего вопроса. — Мы слышали его требование, пока директор не закрыл плотно двери.

 — Вот так и слышали, что вампир Дориан требует моего отчисления? — со смехом в голосе переспросил я.

 — Ну, ну, он же недолюбливает человеческую расу, а ты к ней относишься, — оборотень немного растерялся от моей неправильной, по его мнению, реакции, но всё же решил высказать свою точку зрения. Для него вампир Дориан явно был кумиром, если лис говорил с таким придыханием и восторгом.

 — А то, что помимо меня в этом заведении учатся ещё пятеро человек, он что, не знает?

 — Но почему ты ему понадобился? — растерянно спросил оборотень.

 — А ты попробуй угадать, — хмыкнув и улыбаясь, я поспешил к кабинету директора.

Кабинет директора Амитэвиля был в тёмно-зеленом и серебристом оформлении. Массивный стол и кресло стояли ближе к двум большим окнам, по правую сторону кожаный диван, рядом журнальный столик. По левую сторону шкафы с документами и книгами, а так же пару больших цветов Иргурстарий. Поверхность широких листьев сверху была похожа на россыпь мелких осколков стекла, а вот нижняя часть была нежной и бархатной. Считалось, что если у кого-то злые намерения, цветок поворачивается в его сторону и выпускает стёклышки, которые пробивают всё на своём пути. Но я-то знаю ещё одно свойство цветка. Он впитывает в себя события, прошедшие там, где он находится, и при поглаживании нижней стороны может и транслировать то, что было.

Когда я постучал и зашёл, то заметил, что вампир и демон сидят немного напряжённо на своих местах и стараются показать, что их интересую лишь я.

 — Проходи, леннэ Имассио, — я подошел и стал ближе к цветам. В ответ директор лишь приподнял бровь, но продолжил. — Тут леннэ Дориано Шердолистэ хотел бы с тобой поговорить.

Я повернул голову в сторону вампира. Тонкая фигура обтянута в дорогой костюм, мягкие черты лица были надменны и немного суровы, в ярко-жёлтых глазах виделась оценка моего образа. На коленях лежала трость с лапой на набалдашнике и рисунком по всей длине ствола трости. И лишь выбитый из причёски локон каштанового цвета не вписывался в этот образ.