Кодовое имя: «Вервольф». Список [СИ]

«Не забывай», — повторил я. Если ты промолчишь, я оставлю тебя целым. Иначе… Понятно?

«Hoke ket», — сказали трое мужчин один за другим.

Я передал веревку англоговорящему солдату и объяснил ему, как связать своих друзей, связав им лодыжки и связав им руки за спиной.

В ужасе мальчик поспешил сделать то, что я его просил. Двое его друзей, так же напуганные, как и он, позволили послушно унизить себя. На самом деле у меня не было никакого желания привлекать Вильгельмину. У меня в кармане был глушитель, готовый к использованию в случае необходимости, но я надеялся избежать этого. Трое солдат были детьми.

Воодушевленный видением Люгера, молодой солдат не терял времени зря. Когда двое других были связаны, я сказал ему присесть рядом с ними. По опыту я знал, что пистолет можно использовать как минимум двумя способами. Я ударил его прикладом по шее сзади, точно рассчитав силу удара, чтобы серьезно усыпить, не вызвав перелома. От удара металла по костям двое солдат дернулись в своих оковах. Их друг рухнул на землю, свернувшись клубочком, как охотничья собака.

«Когда он проснется, его голова будут только болеть», — успокаивающе объяснил я. Ничего больше.

Я заранее приготовил несколько полосок ткани, чтобы заткнуть им рот. Я проверил узлы их галстуков и пошел запереть раздвижную дверь.

Мои часы Rolex показывали 12:51. На данный момент все шло по моему плану. Я бросил трех своих солдат; Один во сне, двое других связаны и отправился на поиски двух уже знакомых идеограмм, обозначающих Тоу Ван. Ящик, в котором они появились, имел форму и размеры гроба. Он находился в задней части фургона, и мне пришлось переместить несколько других ящиков, чтобы добраться до него. Тогда я обернулся. Двое солдат с кляпом во рту смотрели на меня широко раскрытыми глазами в ужасе. Видно, они хотели уцелеть, и это меня вполне устраивало. Риск вмешательства с их стороны действительно казался мне очень ограниченным.

«Не волнуйтесь, ребята, это все закончится, прежде чем вы успеете осознать это», — сказал я, открывая миниатюрную сумку с инструментами.

Мне казалось, что мне потребовалось столетие, чтобы разобраться с обложкой. Когда это было сделано, я поставил его рядом с ящиком и начал рыться в стружках. Вскоре я был вознагражден: сине-зеленое сияние примерно двух тысяч нефритовых пластин и золотых подтяжек сияло перед моими глазами.

Секунды отсчитывались, пока я пробирался мимо последнего препятствия, отделявшего меня от нефритового украшения: крышки витрины. Меня преследовала мысль, что в любой момент кто-то может попытаться войти в фургон — например, командир отряда — и обнаружить, что дверь закрыта изнутри.

Реквизированный армией фургон был прицеплен к задней части другого фургона, и у меня не было никакого желания попасться, чтобы попасть в фургон, солдатам пришлось бы забраться на крышу и открыть внешнюю дверь. Обдумываемые этими мыслями, я работал с упорством, заслуживающим похвалы.