Куда идем мы… 2 [СИ]

– Меня всю дорогу трясло. Оголодавшие хулиганы яблоню в чужом саду с меньшим энтузиазмом трясут, – пожаловался Псих. – Меня давно интересует, почему на контролируемой нами территории такие хреновые дороги? У тебя, как у главы клана, нет никаких идей по этому поводу?

– Э-э-э… Я займусь этим вопросом, – уклончиво пообещал Алтан Унэгэн. – Пойдемте, мамо, я покажут вам нашу добычу.

И Психа отвели в зал, где в бассейне по-прежнему отмокали связанные паломники.

Псевдо-мама внимательно изучила пленников, полируя их взглядом. Они в ответ мрачно смотрели на нее – всем было прекрасно известно, на какое мероприятие была приглашена матриарх клана. И только свиноид, у которого, как у бывшего диверсанта, было под капу прокачено умение «Видеть сквозь иллюзию», почему-то захихикал.

Но мама сделала страшные глаза и Жир заткнулся.

– Вымачиваете? Это правильно. Но что-то тощеваты они у вас, – желчным голосом заявила приглашенная гостья. – Тут и есть-то нечего будет. Который из них Штанский монах?

– Этот, – показал пальцем Серебряный лис. – Самый молодой.

– Мда… – пожевала губами мама. – Как-то не впечатляет. Давай его на завтра отложим, пускай еще отмокнет. А сегодня можно сделать прекрасную закуску к пиву из обширных ушей вон того весельчака. Люблю свиные ушки! Их тоненько порезать и обжарить – пальчики оближешь! Он, кстати, и пожирнее других будет.

– Сделаем, – кивнул Алтан Унэгэн.

Жир впал в состояние, близкое к панике.

– Ты что творишь, козлина… – начал было он, но начавшееся выяснение отношений не получило развития из-за того, что в зал вбежал посыльной.

– Князь, князь, срочное донесение! – орал он во всю глотку. – На третий пост из лесу вышла секретарша мамы – в рваном костюме и босиком. Говорит – по дороге сюда Псих, прятавшийся под личиной, убил маму и двух ее охранниц, сама же секретарша чудом спаслась. Говорит, он может и к нам заявиться, приняв чужой облик!

Головы всех присутствующих, как по команде, повернулись в сторону «мамы», но Псих, что-то незаметно бросивший в бассейн, пока все слушали гонца, уже в своем истинном обличье бежал к окну.

– Перекрыть все выходы! Не выпускать! – заревел Золотой Лис.

Но обезьян уже махнул посохом и осколки рамы вместе с битым стеклом полетели наружу. А вслед за ними «рыбкой» прыгнул и сам Псих.

Мунгэн Унэгэн подбежал к разбитому окну, дернулся было азартно, но почти сразу же махнул рукой:

– Не… Уйдет. Уже практически ушел.

И не ошибся.

– Ушел, сволочь! – через несколько звучно выругался младший. – Через забор перепрыгнул – ну чисто обезьяна!

Старший брат поинтересовался.

– Брат, что с этим обезьяном делать будем? Он, похоже, действительно маму убил!

– И что? – взвился младший. – Ну давай теперь за это его в попу поцелуем, и корешей его всех отпустим, которых я поймал. Нет, я не спорю, что это радость великая и дело он сделал благое, но он же не только маму убил!