Игры для взрослых мальчиков

Они хохотали и после того, как Инга вылила на него два полных ведерка, зачерпнув воду прямо из реки, с береговых мостков, и когда вместе, дурачась, они принялись жарить яичницу.

Глеб рубил крупно лук на столе, а Инга управлялась с большой чугунной сковородой, ловко пристраивая ее на дровяной уличной плите под навесом.

— Сколько раз, когда казалось, что я ухватил в жизни синюю птицу за хвост, она оборачивалась ко мне с милым таким оскалом…

Не вытирая рук, Глеб подбросил в огонь несколько коротких березовых поленьев.

— Была пора — я рвался в первый ряд — и это все от недопониманья!

Со счастливой улыбкой Инга изумилась.

Ей уже приходилось наблюдать яростный характер Глеба в общении с другими мужиками и нежный… да уж, конечно, правильно — нежный, когда он беседовал с женщинами, но никогда раньше она не слышала, чтобы он пробовал что-то напевать!

Она откинула запястьем волосы со лба.

— Током ты еще тогда бился. Когда прикасался ко мне… Помнишь?

— Я помню все. И рад за тебя.

Глеб спрятал испачканные руки за спину и, потянувшись, поцеловал мягкий завиток на шее Инги.

— Пойми меня и ты. Уверен, что мне будет очень хорошо у твоего абажура, но стану ли я на этом берегу окончательно и бесповоротно счастливым? Конечно, ходики и чайник со свистком — это приятно и славно, но…

Якоря всегда были символами мертвой, тихой воды и поэтому они мне противны. Ты хочешь, чтобы я стал скучным и нудным, как сегодняшний старичок Веллер? Помнишь, тогда мы все вместе зачитывались его книгами, а сейчас он беспомощно тараторит в телевизоре что-то умное, безусловно, правильное, но, не имея никаких шансов быть услышанным, а уж тем более правильно понятым…

Капитан Глеб выпил воды из алюминиевой кружки, вытерся рукавом.

Когда он подмигнул, глаза Инги опять наполнились слабыми слезами.

— Не грусти. Всю жизнь я мечтал делать что-нибудь ясное и простое. И никогда, понимаешь, никогда никому не лгать! Давай, я порежу хлеб, а? У тебя дощечка какая-нибудь резательная есть?

Пуговицами на его рубашке она, не торопясь, занялась сама.

Закончив, заботливо погладила его по плечам, по груди, немного отстранилась и снова оглядела результат своих трудов. Забавно наморщилась.

— Нет, тебе лучше так…

Инга решительно расстегнула две верхние пуговицы и коротко взглянула на него снизу вверх.

— Вот теперь это похоже на тебя!

Глубоким поклоном Глеб Никитин согласился с таким очаровательным женским мнением.

— Ладно, садись за стол — опоздаешь ведь!

Тяжелая сковорода все еще сохраняла жирный блеск на поверхности изобильной, горяченной яичницы.

— Молоко будешь? Утреннее, соседка только что на крыльце оставила. А у вас там, в походе, готовит кто специально или сами что придумываете?..

Потребовались мгновения, чтобы она опять стала примерной хозяйкой.