Пьянящий аромат крови

Виктор сосредоточился, и перевел часть физической защиты брони, в псионическую, защитив разум от атак противника. Глаз тем временем, взлетел надо полом повыше и начал плести с помощью щупалец многочисленные заклинания, и вокруг него загорелись многочисленные печати, которые должны были срабатывать или от команды заклинателя, или от прикосновения, или другого раздражителя. Виктор сосредоточился и побежал к противнику, одновременно вызывая «резак магии», который для него выглядел, как многочисленные, тонкие и гибкие клинки, которые врезались в сущность заклинания и, разрезая силовые линии, из которых они сформированы, рассеивал их. Он выбрал одну сторону и, разрушив сразу две печати, которые должны были реагировать на прикосновение, со всего маху рубанул топором по телу противника. Но тот просто переместил щупальца с привязанными к ним заклинаниями щитов, прикрылся от удара, и одновременно активировал атакующие заклинания, и Виктору пришлось прикрываться крыльями от удара огненных шаров и отпрыгивать назад. Он не смог нанести противнику удар, но и сам не понес никаких потерь. Противник начал активировать одно заклинание за другим, одновременно обновляя их с помощью своих многочисленных щупалец, и одновременно начал атаку на разум Виктора. Он атаковал его накатывающими волнами силы, похожими по ощущениям на волны из многочисленных шипов, что штурмовали его защиту. Виктор на лету разрушал некоторые из заклинаний, но большая часть клинков от «резака магии» он пустил в глубь формации врага, и разрезал несколько заклинаний в процессе формирования, заставив три или четыре из них взорваться, повреждая, кастующие их щупальца, а сам прикрылся от остальных заклинаний крыльями, или разрубил их топором. На этот раз блокирование произошло не так хорошо, как в прошлый раз, но крылья были целыми, и были только обожжены. Глаз же лишился нескольких щупалец, и теперь злобно шевелил остальными.