Путь наемника

— Справа! Они справа прорвались! — штурмующим наконец удалось смять оборону на правом фланге и группы пятерок начали окружать выживших защитников, собравшихся перед лестницей на административный этаж. Рататуй схватился за амулет связи и скомандовал своим бойцам:

— Всем включить "скрыты"! За мной!

Рататуй на бегу выхватил из-за пояса, прошитого гранатными осколками Хариса, саперную лопатку и не став уходить под "скрыт", рванул в сторону прорыва. Котолаки серыми тенями заскользили вдоль линии последнего укрепления обороняющихся и уходя в "скрыт", материализовались уже внутри построений врага. Оставшиеся немногочисленные силы под прикрытием двух последних пулеметов стали отступать по лестнице на верхний этаж.

Прорвавшимся внутрь вражеских рядов "морячкам" удалось застигнуть противника в врасплох. В условии, где преимущество в огневой мощи реализовать невозможно, котолаки оказались в выигрыше, попав в родную стихию — рукопашный бой. Рататуй вертелся как заведенный, нанося саперной лопаткой удары во все стороны. Стараясь не столько убивать, сколько калечить противника, и пользуясь своей низкой стойкой, он целил по коленям и в пах. Один раненый — это обуза для двух здоровых. Его учили, что таким образом, враг будет иметь трех небоеспособных.

Стараясь заходить сбоку и резать в основном неповоротливых оборотней, несущих тяжеленные штурмовые щиты, Рататуй видел, как один за другим, окружаются врагами и гибнут в неравной схватке его бойцы. Отступники быстро опомнились от внезапной атаки и начали принимать контрмеры. Котолаков старались загнать между щитов, где по ним можно было без опаски стрелять, не рискуя зацепить своих.

Вытекший правый глаз все-таки сыграл в пользу противника. Из-за ограниченной видимости Рататуй пропустил укол ножом справа, в грудину. В ответ он рубанул напавшего лопаткой по голове, но тут же получил еще два удара в спину. Котолак рванулся перекатом влево, стараясь уйти от насевших противников, но тут же наткнулся на удар прикладом автомата в голову, и нелепо растянулся на полу. Удары и тычки ножами посыпались со всех сторон как град, быстро превращая тело котолака в сплошное месиво. Когда Рататую с трудом удалось разлепить единственный глаз, он обнаружил себя лежащим навзничь в плотном кольце обступивших его врагов. Они что-то орали ему, и наверное, били. Тела он уже не чувствовал. Возле его головы стоял огромный медведь со щитом в лапах и пялился на Рататуя мутным и тупым взглядом.