Электронная книга - «Сказания Элии: истории о любви (СИ)». Краткое содержание книги:
Я стоял посреди обширного горного плато. Абсолютно плоского и лишенного какой-либо растительности или иных элементов ландшафта. Нависшие безумно низко свинцовые тучи, готовые вот-вот пролиться дождем, дополняли этот серый безрадостный пейзаж. Завывания ветра где-то в небесах тоже не улучшали настроение и лишь нагоняли еще большую тоску.
Где всё то, что я успел себе представить? Где битва с безжалостными врагами? Где испытания духа и тела? Что я должен здесь делать?
Посмотрев по сторонам, я принял решение двигаться вслед за ветром. Не может же это плато быть бесконечным, когда-нибудь дойду до края, а там может быть и пойму, что делать дальше.
Судя по внутреннему времени, я шел примерно два часа, прежде чем увидел край плато. Увидел, чтобы разочарованно понять – мне с него не спуститься, если, конечно, крылья не отращу неожиданно. Еще и магия здесь не работает. Силу ощущаю, но все попытки сплести хотя бы самое примитивное заклинание ни к чему не приводят, как будто в процессе кастования заклинания энергия неожиданно куда-то утекает.
Дождевые облака уже пронеслись надо мной, так и не пролившись дождем, а небо засияло вечерними красками. Чужое солнце клонилось к закату и безоблачное небо окрашивалось в сиреневые и розовые тона, перемежаясь с бирюзовым оттенком. Решение идти вслед за ветром имело хотя бы один смысл – теперь, сидя на краю плато, на самом-самом краешке отвесной скалы, уходящей под углом девяносто градусов вниз и теряющейся в неплотных перистых облаках, я мог полюбоваться красотой природы.
Сквозь перья облаков где-то далеко внизу виднелась река, змеей извивающаяся по низменности, посреди буйной зелени лесов. Может быть там были даже и поселения, но с такой высоты я не смог бы их скорее всего разглядеть даже при отсутствии облаков. Мне оставалось лишь серое плато, яркое небо и море облаков под ногами.
В этой тишине мне вспомнилось одно из правил, которому меня обучали еще дома, в землях людей: «Если кажется, что ничего не можешь исправить, то остановись. Успокой свой разум и дух, дай отдых телу, и созерцай. Ищи ответы в окружающем мире. Иногда, чтобы понять куда и как идти дальше, необходимо остановиться и осмотреться – ничего ли ты не упускаешь? Ни о чем ли важном не забыл? Подсказки кроются не только в самом тебе, но и во всем окружающем мире. Смотри, чувствуй, осознавай».
Вспомнив об этом, я лишь шире распахнул глаза и замер, глядя на скрывающееся в облаках красно-оранжевое солнце. Глядя на этот цвет, мне почему-то вспомнился Рен – у него такого же цвета глаза. В этой стране я завел друзей. Друзей из расы эолов. И ни один из них не упрекнул меня в том, что я человек. Хотя, Марк, засранец, в первый год немало крови мне попил, постоянно акцентируя внимание на моем происхождении. Но в итоге он стал моей парой, как бы дивно для меня это ни звучало.
Закатное солнце окрасило облака под моими ногами в оранжево-красные оттенки. Невероятно красиво. И их цвет с каждой минутой менялся вслед за заходящим солнцем. В то мгновение, когда солнце опустилось за облака полностью, из-под них ударили вверх лучи, окрашивая в яркие цвета нижнюю часть облачного покрова. Бесконечно красивое и захватывающее зрелище. И я неожиданно вспомнил момент своей инициации. За всеми событиями, что произошли после, я забыл те чувства, что охватили меня, когда я принес клятву мага земли самой планете, самому моему любимому миру. Забыл о его великолепии, о чувстве всеобъемлющей любви, что меня тогда охватило. Как вообще можно было забыть подобное? И сейчас, глядя на краски другого мира, я вспомнил о самой сути своей магии, о том, что наивысших высот может достичь лишь тот, кто творит волшебство с любовью. В Академии нас учат быть воинами-магами, защищать и оберегать свою страну и мир, но нас совсем не учат любви. Нам не рассказывают о дивной красоте мира, о чувствах, что захватывают душу и ведут вперед, к незримым, но все же достижимым высотам. Без этого никак нельзя! Ни в коем случае нельзя об этом забывать! Каким бы я сильным воином и магом ни был, о любви забывать ни в коем случае нельзя.
И, наполнив свое сердце безусловной любовью ко всей Вселенной, я простер свои руки к этому небу, чтобы одарить его своей любовью, поблагодарить за это важное напоминание. И в тот же миг я исчез в белой вспышке, чтобы оказаться в самом страшном месте за всю мою жизнь. Там, где я надеялся не побывать даже в самом кошмарном сне.
Этот резкий переход из столь умиротворяющего момента в столь ужасный ввел в меня в ступор и я, в первые моменты, не смог полностью осознать, куда конкретно я попал.
А очутился я вновь в подвалах службы Контроля моей бывшей родины. Это понимание затмило знание того, что на самом деле я нахожусь в Лабиринте. Ужас от осознания того, где я нахожусь, вытеснил все другие мысли. Вновь отозвались болью все части моего тела и всё то, что со мной произошло за последние несколько лет, почудилось красочным сном измученного сознания. Не было спасения, не было Академии и, что страшнее всего – не было моего любимого Марка и моих друзей. Всё это лишь сон. Громко рассмеявшись, я вновь открыл глаза и увидел, что вниз капает кровь. Ну да, меня же знатно отделали. Живого места не осталось. Даже в этом сне я не смел оголится перед другими, чтобы мои шрамы никто не увидел и не задавал лишних вопросов. Не смел, пока лекарь Марка не убрал мои шрамы каким-то чудодейственным образом. Аха-ха-ха… Марк, Лайза, Рен… мои дорогие друзья… так жаль, что вы оказались лишь сном.
Я был подвешен за руки посередине просторного мрачного помещения. Стены и пол его сложены из серого обтесанного камня, чадящие факела на стенах дают мало света. Вдоль закопченных стен стоят механизмы для пыток и столы с инвентарем для того же. Многое из всего этого разнообразия я уже испытал на себе, но хуже всего досталось спине – по ощущениям ее превратили в кровавое месиво, а пол, которого я касался лишь кончиками пальцев, был залит моей кровью. Мой персональный ад никуда не делся. А где-то около стены, что сейчас была погружена во мрак, и лицом к которой я был обращен, слышалось негромкое бряцанье цепей, будто там был кто-то еще прикован, но я точно помню, что в этом помещении был один. Может, пока я пребывал в беспамятстве, сюда еще кого-то привели? Всё может быть. С этих сволочей станется и не такое.
Неожиданно до моего слуха донесся звук шагов множества приближающихся людей. Твари, как будто почувствовали, что я очнулся. Всё же, надеюсь, что я скоро умру и лишу их радости пытать меня прилюдно, как они запланировали.
Скрип отворяемой двери резанул по ушам и с десяток людей вошли в подвал, освещая себе дорогу магическими светильниками. Не простыми факелами, а именно магическими светильниками. Да и в прошлые разы они тоже с ними приходили. И это странным образом меня рассмешило – они, искореняющие магию в любом ее проявлении, сами пользуются ее плодами. В этот раз я встретил их молча. Но они направились не ко мне, а к той стене, со стороны которой я слышал бряцанье цепей.
– В этот раз мы приготовили для тебя нечто особенное, – мерзко произнес один из палачей и осветил темный участок у стены.
Я забыл, как дышать, а сердце будто бы остановилось.
На против меня, прикованные к стене, висели Лайза, Марк и Рен. По центру Марк, слева Лайза, справа Рен. Все они были без сознания, а их изодранные одежды пропитала кровь.
– Я вижу, что тебе нравится наш подарочек, – с ухмылкой произнес другой из мучителей, – посмотрим, как ты запоешь, когда мы на твоих глазах растерзаем эту троицу, а может, что и интересненькое сделаем, они чудо как хороши, лишь подлатать немножко надо, – продолжал этот нелюдь.
– Это же твои любимые эолы, мерзкие отступники, что лишь одним своим существованием очерняют эту землю. Нам жутко повезло, что удалось поймать такие экземплярчики. Как маги, они еще ничего почти не умеют, но их силы хватит зарядить много… много накопителей, что позволит нам использовать сильнейшие артефакты. Аха-ха-ха, – скрипучий отвратительный смех раздался в подземелье.
– С кого же начать? – и этот тип в задумчивости прижал указательный палец к сжатым губам. – Может быть с розоволосой красотки? А? Что скажешь, Эрик? – и он провел по испачканной в крови щеке Лайзы. Она так и не очнулась, безвольной куклой вися в цепях. – Она так старалась не кричать, когда ее били плетью, – с усмешкой произнес этот выродок, а я задергался в цепях, пытаясь освободится.