Кого выбирает жизнь?

Между прочим, те инженеры, которые поднимались по служебной лестнице, доказав свою необходимость производству, оснований, чтобы жаловаться на свою зарплату, не имели! Но для этого следовало работать по-настоящему, с отдачей, с пользой для страны!

К слову, я и раньше не одобрял, когда в Советском Союзе чрезмерно «задирали» заслуги людей непроизводительной сферы, а уж теперь это вообще обострилось… Наиболее вредным оказалось чрезмерное восхваление и обильное награждение творческой богемы: всяких композиторов, поэтов, артистов, спортсменов. Звезды, кумиры, таланты! На всех каналах только они! Каждую минуту смотрите, как они начинали, как они напряженно жили и работали, насколько они великие и святые, как они уходили. Хочешь или нет, но складывается представление, будто они и есть самые порядочные, самые умные, самые необходимые своей стране люди!

Но не дай вам бог в это поверить, ибо всё о них, почти всегда, не соответствует этим панегирикам! Но мне сейчас, представьте, на эту тему даже думать неудобно – пусть уж ее обсуждают женщины, интересы которых не распространяются далее трех метров от телевизора.

Мне же интересны совсем другие люди! Например…

О! Боже! Но ни одна фамилия не вспоминается. Прямо-таки, полная беспомощность, до инсульта мне незнакомая! Ни друзей, ни известных людей… Ни названия… Всё, что попробовал… Города, адреса, даты, численные показатели чего-либо… Всё, что обладает логической составляющей, я по-прежнему легко вспоминаю, но то, что названо без особого смысла, например, улица, я могу не вспомнить и через минуту, и через пять, и даже двадцать пять! Смогу ли с такими мозгами работать как раньше, или стану предметом безжалостных насмешек со стороны студентов и коллег, с радостью иронизирующих над моей забывчивостью?

Ну, дела! Неужели придется бросать преподавание? А чем потом, да ещё со столь убогими мозгами, заниматься?

Я попробовал мысленно проговорить первую лекцию курса, весьма насыщенную информацией для запоминания. В ней: название разделов и тем, базовые дисциплины, характеристика основоположников курса, годы их жизни и активной деятельности, название наиболее значительных научных трудов и учебников, общее количество часов, выделенных на учебную дисциплину, и по разделам, их распределение по семестрам, даты зачетов и экзамена, список литературы. В общем, всё то, что я всегда легко воспроизводил студентам с кафедры, не пользуясь какими-либо методическими разработками и, тем более, шпаргалками. Мне всегда казалось, что читать лекцию, в прямом смысле читать ее, для профессора – сущий позор. Я этого и не делал – всегда только живой разговор! Но теперь забуксовал на ровном месте, силясь вспомнить то одно слово, то другое – понадобившееся, но погруженное в самые удаленные погреба моей памяти.

Осознав результаты своего эксперимента, я даже испугался. Вот и холодный пот прошиб! По всему видать, проблему я нисколько не преувеличиваю. Она даже более опасна, нежели поначалу показалось! Как говорится: картина Репина – приплыли!