Ступень 2. Младший ученик

Команда шхуны — десять бывших воинов Тароса, на первый взгляд выглядела обычной. Но, если приглядеться, становилось понятно, что внутри этих хмурых парней идёт нешуточная борьба. Новобранцам не выжигали душу. Её, как считала Марика, жестоко подавляли. Лишь медиум, находящийся рядом с выжжеными долгие годы, мог понять это. Сестра — исключение. Она знала Джека всю жизнь, и лишь поэтому увидела, что под бронёй спокойствия и невозмутимости, в стальной клетке бьётся душа.

— Джон, это равносильно смерти. — произнёс мой друг. Шла погрузка корабля, и у нас появилось время поговорить. — С той лишь разницей, что мертвые совсем не имеют чувств. У таросцев лишь одно чувство, одно желание — исполнить волю Тароса. Оно греет, оно даёт сил, как моральных, так и физических. Проклятье, я чувствовал такое единение со всеми чёрными братьями, что мне казалось — мы непобедимы! В тот день, когда Марика разбила скорлупу, укрывшую мою душу, я испытал такую боль, которой не испытывал при двух перерождениях. Первое произошло на алтаре Тароса, когда меня избавляли от скверны, второе — в очищающем пламени.

— Подожди! — остановил я приятеля. — Это получается, что таросцы ничем особо не отличаются от осквернённых?

— В точку! — Джек даже ткнул меня пальцем в грудь. — Разницы нет! Знаешь, последние пару дней я много думал, и пришёл к выводу, что Скверна от Тароса отличается лишь одним — своей жадностью. Она подчиняет всех подряд, без разбору, расползаясь, словно эпидемия. Он же проводит жёсткий отбор, принимая в свои ряды только сильных духом. Из сотни юнных послушников едва ли семь-десять человек проходят выжигание души. Думаю, погибшие на самом деле её лишаются, потому и умирают.

— Опасные речи говоришь ты, таросец. — заговорил Као, до этого внимательно слушающий Джека. Кроме него, Рэян и Георгия, рядом с нами расположились Ирис, Марика и Джо. — Если жрецы Тароса узнают, к каким выводам ты пришёл, они откроют на тебя охоту.

— Они и так будут охотится на меня. — грустно усмехнулся Джек, и похлопал по рукояти ножа, закрепленного в нагрудных ножнах. — Потому что я — идеальное вместилище, сосуд для Тароса. Тот ритуал, от которого меня спасла Марика, жрец хотел призвать своего бога.

— Призвать Тароса, чтобы он появился в нашем мире во плоти? — произнёс Наставник. — Зачем ему это? Боги становятся уязвимы и слабы, обретая плоть. Достаточно выслушать сказания Мроу, их богиня тоже жила среди хвостатых, и к чему это привело? Странно это всё. Слишком мало мы знаем, и лучше бы вообще не знали. Уверен, что тебя, Джек Галл, как и послушницу Марику, обманули. Чувствую, нам ещё предстоит разбираться со всем этим, но позже, не сейчас. Идёмте на борт, наши каменнолобые друзья уже закончили погрузку. Мастер Као, попроси своего друга, чтобы он наполнил паруса шхуны попутным ветром, когда мы отчалим.