В прятки с судьбой (СИ)

Андар тепло улыбнулся.

-    А мне и не хочется ничего от тебя скрывать. Но давай откровенность за откровенность, - он резко посерьезнел.

-    Почему ты бегаешь от меня Кристина? Неужели для тебя мало того, что я готов тебе дать?

-    Прости, но что именно ты собирался мне дать? - у меня снова испортилось настроение. - Место любовницы номер шесть? С перспективой родить ребенка, после чего быть выброшенной обратно в свой мир?

Андар нахмурился.

-    Кристина, я же сказал тебе в прошлый раз, что ты будешь обеспечена до конца жизни. И я не буду отбирать у тебя нашего сына, обещаю. Даже если он станет единственным наследником престола, я не поступлю как мой отец в свое время. Я не намерен лгать, выставляя будто бы настоящей матерью законную жену. Пойми, у меня больше и мысли нет, использовать тебя как эдакий запасной вариант с нужной магической сущностью. Да плевать на сущность, - он даже поморщился, - не в этом теперь дело. Я просто хочу, чтобы ты была со мной. Мне даже вот так банально сидеть рядом и разговаривать несравнимо приятнее именно с тобой. Кристина, - тихо подытожил он, не сводя с меня внимательно взгляда, - клянусь, я искренен.

Я шумно вздохнула.

-    Я тебе верю, Андар, правда. Но если уж искренность за искренность... - я обняла руками колени. - Вот тебе кажется мое поведение нелогичным и даже абсурдным. Ведь ты сулишь мне богатство, роскошную жизнь, и даже обещаешь не отбирать ребенка, если он у нас когда-нибудь будет. И, по-твоему, это очень много. Наверное, любая другая на моем месте была бы просто в восторге, ну а я...

Честно, я не собиралась настолько откровенничать. Тем более с Андаром. Ведь кто он мне? Никто. Даже врагом можно назвать. Но почему-то именно ему хотелось довериться, сказать то, что никогда никому не говорила. И я не стала обрывать этот порыв искренности.

-    Знаешь, два года назад, когда мои родители погибли, мне было очень страшно, - голос дрогнул. - Мне в то время и семнадцать еще не исполнилось. Конечно, мелькали дальние родственники с поддержкой из вежливости, но, по сути, их моя судьба не волновала. И получалось, что я совсем одна. Оглянись, и никого нет. Вот никого за мной нет. Не к кому мне прийти со своими радостями и бедами. Нет больше у меня той привычной нерушимой защиты, в которую верилось с раннего детства. Вот и все, я осталась один-на-один со всем миром. До этого радужный и полный светлых надежд, в один миг он превратился в чудовище. Равнодушное, как ты, - я мельком взглянула на Андара, он не сводил с меня пристального взгляда, явно слушая очень внимательно.

А я тихо продолжала:

-    И беда была даже не в равнодушии этого чудовища, а в страхе, что будет, если равнодушие сменится жестокостью. Пусть период этой паники был недолгим, я все же переборола свой страх и горечь потери, жила дальше, даже, можно сказать, вполне счастливо. Но еще в тот тяжелый для меня период, когда я чувствовала себя совершенно беззащитной и несчастной, я отчаянно мечтала о нем. О таком человеке, которого буду любить, и любить взаимно. И с ним рядом мне никогда больше не станет страшно. Я даже в мечтах представляла, - я не удержалась от улыбки, - как засыпаю в объятиях любимого, положив голову ему на плечо. Вот так вот в моем воображении рисовалось. Пусть со стороны подобное звучит наивно и глупо, но в тот тяжелый момент моей жизни мне очень помогла именно надежда, что однажды я непременно встречу такого человека, которому не побоюсь довериться... Конечно, я изменилась, повзрослела, можно сказать. Но все равно остался в глубине души тот идеальный образ. Вот ты многое мне можешь дать, по твоим словам, но не самого главного.