Шерлок Холмс Мценского уезда [СИ]

В итоге следующим утром, после плотного завтрака группа из десяти человек, во главе с Иваном и мной в качестве главной ценности вышла из селения и направилась в Яренск.

Естественно в такой ситуации я смог себе позволить набрать побольше всякого полезного добра, специального оборудования, продуктов и особенно боеприпасов. Я самым наглым образом обвесил охотников своими вещами, палатками, спальниками, а сам почти налегке шел в середине колонны. На мне была все та же горка в расцветке «мох», РПС-ка, за спиной тактический рюкзак, где были сложены самые важные вещи, оружие, электроника, боеприпасы, минимальный неприкосновенный запас продуктов, на случай если произойдет нападение и мне придется убегать, чтоб самое главное для выживания было под рукой.

Карабин, с которого я скрутил глушитель и вместо него накрутил навороченный ДТК, привычно нес на груди, положив цевьем на изгиб левой руки.

Мы так шли около двух недель, сильно не форсируя и стараясь сберечь силы. Сначала охотники пытались подстроиться под мой темп, а учитывая тренированность городского жителя, первые несколько дней были не сильно плодотворными. Но потом я втянулся и даже начал получать удовольствие от этого похода.

Но всему приходит конец. Мы дошли до окрестностей Яренска нашли глухое место в овраге, где я и забазировался на время. Договорившись о правилах экстренной связи с шаманом, я отпустил охотников, а сам устроил закладку по всем правилам разведки, а чтоб никто ничего не нашел, сверху поставил мину и все вокруг обрызгал репелентом чтоб отпугнуть диких и не совсем диких животных. Иван, на всякий случай оставил мне в помощь того самого молодого паренька, который, как оказалось, частенько бывал в городе, и в Яренске в том числе. Он и его родственники привозили сюда пушнину на продажу и у них были свои наработанные связи. А помочь Великому Катрану, на которого он смотрел с опаской и обожанием одновременно, для него было великой честью, особенно после того как я ему тишком дал упаковку Флюкольда, а для чего эти таблетки и как их использовать, он прекрасно слышал в поселке охотников. Я тогда это специально повторил несколько раз и очень громко, чтоб все слышали, какое богатство досталось их вождю. А вот раскладной нож с кучей всяких открывашек, шил и ножницами, вызвал у него просто щенячий восторг, хотя мне пришлось предупредить – если кто чужой, не верящий в Великого Катрана, увидит, то заберут, побьют, а может и убьют. Если не дурак – поймет, о чем я предупреждаю, а нет, так нет. Получит по глупости по голове и все. Но на этом этапе, на первом выходе, так сказать в люди, мне нужен сопровождающий, в компании которого я не вызову ненужного интереса. Под вечер я переоделся в специально заготовленные местные шмотки. Потертые и грязные штаны, на веревочках в виде завязок, свободная рубаха, под которую я нацепил бронежилет скрытого ношения, картуз, грязные и несколько раз ремонтированные перетянутые кожаными ремнями сапоги, и поверх всего этого что-то вроде короткой шинели, подпоясанной ремешком. Всю ночь я специально спал в этом наряде, чтоб он выглядел естественно, а утром, под удивленным взглядом Мишки, воспользовался тональным кремом из гримерского набора, тем самым состарив себя, а то чистое и белое лицо точно бы привлекло внимание, ну и надел парик и наклеил небольшую бороденку. В общем образ типичного ремесленника или крестьянина. На таких я насмотрелся в бандитском лагере, поэтому примерно знал к чему стремиться.