Венецианский альбом

— Значит, утром вы не пойдете в церковь, раз месса будет вечером? — спросила я.

Вид у синьоры Мартинелли стал настолько возмущенный, как будто я предположила, что она может прогуляться по окрестностям нагишом.

— Как это не пойду в церковь? Конечно, я должна пойти. Чтобы причаститься. А перед причастием полагается поститься с полуночи, значит, надо идти к утренней мессе, потому что я не дотяну до вечера без еды и питья.

Мне, выросшей в лоне нестрогой, лояльной англиканской церкви, такие правила казались странными. Если для получения причастия важен пустой желудок, тогда достаточно не есть всего час, это же ясно. Почему поститься следует с полуночи? Выходит как-то слишком долго. Но я вообще многого не понимаю у католиков — например, того, что им полагается признаваться в грехах священнику и получать от него прощение. Мои блуждающие мысли прервал вопрос квартирной хозяйки:

— Так вы пойдете на праздник?

— Наверно, но, скорее всего, не на мессу, — ответила я. — Может, посмотрю соревнования гребцов и фейерверки. И, может, кто-то из студентов сходит со мной на пикник, хотя, на самом деле, это же семейный праздник, правильно?

— Вечером меня дома не будет, так что еды я вам не приготовлю.

— Не беспокойтесь, ведь какие-то магазины наверняка еще не закроются? Я сама куплю что-нибудь для пикника.

Хозяйка вдруг похлопала меня по руке.

— Не переживайте, у меня тут полно еды. Ее всегда слишком много. Сможете сами все сделать.

Поспать подольше в воскресный день, если ты в Венеции, просто невозможно. Первые колокола начинают бить в шесть утра, а потом почти каждые полчаса эстафету подхватывают другие церкви. Иногда колокола четырех или пяти храмов звонят одновременно, и тогда весь город наполняется их звуком. Я слышала, как квартирная хозяйка суетится в кухне, как обычно разговаривая со своим котом Бруно. Чем лежать в кровати и ничего не делать, подумала я, лучше тоже встать. Я сполоснулась, надела самое легкое хлопчатобумажное платье, потому что уже становилось жарко и душно, а потом вышла в кухню. Ясно было, что синьоре Мартинелли предстоит непростой день, поэтому я взяла на себя смелость сварить нам кофе и выставить на стол хлеб, сыры и варенье. Когда хозяйка вернулась из церкви, и обнаружила, что ее ждет завтрак, вид у нее стал невероятно довольный.