Корона в огне. Пылающее сердце
- Автор: Мирошник Ксения Викторовна
- Серия: Корона в огне #1
- Год: 2020
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Корона в огне. Пылающее сердце». Краткое содержание книги:
Что так неистово ищет наш враг? Что скрывает ночь, когда родился мой брат? Что таит в себе его безумие? Чтобы разгадать эти тайны, я должна найти его первой, но передо мной возникла самая страшная угроза. Феникс – правая рука короля, предатель и убийца. На этом пути мне придётся держать лук наготове, глаза широко раскрытыми, а сердце запертым на все замки. Возможно ли одержать победу, когда ты не знаешь, кто твой друг, а кто враг?
ПЕРВАЯ ЧАСТЬ ДИЛОГИИ
Нар положил что-то на столик:
— Это твой ключ, запирайся на ночь. И выходя тоже… Феникс, конечно, велел, но сама понимаешь, — мой страж хмурился все больше. — В общем, я тоже кое — что скажу. Если вдруг кто-то посмеет что-то сказать или сделать…ну ты понимаешь, скажи мне. За это наказывать будем строго. Ты под защитой Феникса, а значит, кто тебя обидит — пожалеет. Пока никто не знает, что ты теперь живешь здесь, но это ненадолго. В твоих интересах не распространяться. Когда Феникс во дворце, никто не сунется, но если будет в отъезде, может всякое случиться.
Нар вышел из комнаты так быстро, что я не успела ничего ответить. Некоторое время мне понадобилось, чтобы переварить его слова, а потом я все же взяла со столика ключ и заперла дверь. Обследовала шкаф и обнаружила еще пару комплектов формы, точно такие же, как на мне, мягкую обувь, носки и белье. Белье. Кто положил это сюда? Лицо вспыхнуло, но я быстро пришла в себя, стараясь не углубляться в этот вопрос. Спать легла поздно, но как ни странно выспалась.
Феникс не появлялся несколько дней. Это радовало и тревожило одновременно. Чем он занят? Снова кого-нибудь пытает, убивает, заставляет исчезнуть? С раннего утра находясь во дворе, в окружении гвардейцев, я слышала о том, что творилось в валестских гротах. Нероты все чаще выражали свое недовольство, все агрессивнее действовали против народа Валеста, начали убивать, выгонять людей из селений. Каждый раз мое сердце замирало, а гнев нарастал, поскольку его величество пока никак на это не реагировал. То есть я, конечно, не знала, что он думал по этому поводу, но войска Тавос не отправлял, побережье не защищал. Видимо считал, что люди воды не посмеют продвинуться дальше, а значит, ему и бояться нечего. Те, кто жил в столице возмущаться не осмеливались, потому как одно имя Феникса наводило на них ужас, а с побережья народ пока не прибывал.
Так же солдаты шептались о том, что поиски того самого ребенка, пока успехом не увенчались. Тавос рвал и метал и этот вопрос его интересовал гораздо больше, чем нападения неротов на прибрежные города и деревни. Что же ему было нужно от Тоя? Чем мой не вполне здоровый младший брат его заинтересовал? Тревога внутри меня нарастала, но чем больше я нервничала, тем чаще видела сны о том, что у Тойтона все хорошо. Я видела, как она вырезает что-то из дерева, смотрит на солнце и улыбается. А рядом с ним всегда Кастор. И в моих снах он не превращался в Феникса, а был именно тем, кто вытянул моего брата с края обрыва и угощал нас грецкими орехами. Синий огонь меня больше не беспокоил.
День проходил за днем, а я ухаживала за пумами и лелеяла несбыточный план побега. Нар все время был поблизости. Он тренировался недалеко от вольеров, в гвардейскую столовую водил меня сам, а вечерами терпеливо ждал, если я заигрывалась с Су. Со временем мы оба привыкли к обществу друг друга.
Иногда я нарочно задерживалась у вольеров, чтобы ужинать не в столовой, а на кухне с Дариной. Кажется, Нар это понимал, но возражений не имел. Возможно, Феникс не давал четких распоряжений на этот счет. Где-то через пару недель после того, как Феникс исчез, Наркол оставил меня на кухне одну, сказав, что будет за дверью разговаривать с кем-то из слуг. Стоило ему исчезнуть из вида, как я бросилась в объятия Дарины и в полной мере насладилась ее лаской.
— Девочка моя, — шептала сквозь слезы кухарка, — как же ты жила? Как же ты справлялась?
Потом мы сели за стол, близко-близко друг к другу, и начали рассказывать обо всем, что случилось за эти годы. Дарина то и дело утирала слезы передником и растирала лицо огрубевшими от постоянной работы руками.
— Ничего не спрошу о братишке, — взяв меня за обе руки и прижав их к своей груди, вдруг сказала она, озираясь на дверь, за которой скрылся мой страж. — Ищут его повсюду. Расспрашивали всех, кто остался во дворце с тех пор. Конюх наш рассказал о матушке твоей, но, как и я, не знал, куда вас-то с младенцем дели. Мы, в ту ночь и последующие несколько дней, и пикнуть не смели. Я с этой кухни носа не показывала. Сначала уйти хотела, бежать, но Тавос не позволил. Сказал, что если не останусь, сына моего казнит.
— Где сейчас Тиль? — спросила я, обнимая за плечи вновь расплакавшуюся женщину.
— Его на службу отправили, к побережью, в город Лютерт. Давно вестей оттуда не было.
Дарина уронила голову на ладони и разрыдалась. Мое сердце заныло. Тиль был моим другом, соратником во всех шалостях и таким же ярым заговорщиком. Если он на побережье, а там сейчас неспокойно, то понятно, почему вестей нет.