Однажды и навсегда

Съезжаю к пристани, где в ряд выстроились дорогие яхты и корабли. Солнечные лучи отражаются от спокойного океана, ослепляя меня. Проезжаю туда, где меньше всего народа и останавливаю мотоцикл. Ставлю его на подножку и иду к бетонному ограждению. Сажусь на него и перекидываю ноги. Если немного наклониться, то можно достать рукой до океана. Погода сегодня выдалась достаточно тёплая для конца апреля. Ветра практически нет, отчего поверхность океана напоминает огромное зеркало, лишь местами идёт рябь, заставляя двигаться пришвартованные яхты. Над водой летают чайки, звонко перекрикиваясь. Где-то позади, прогуливаются туристы, фотографируя всё, что им попадается. Но сейчас я не обращаю внимания ни на что. Есть только я и океан такой спокойный и безмятежный, что встречается не так часто. Полная противоположность моему внутреннему состоянию. Мы с ним во многом похожи. Я большую часть времени такой же импульсивный, хмурый, недовольный. Внутри меня всегда бушует шторм, но с приходом Кензи что-то изменилось. Кажется, что только она может совладать с моей непостоянной сущностью.

Беру небольшой камешек, лежащий рядом, и закидываю его в тёмные воды океана. От него мигом расходятся круги, пока постепенно не исчезают. Потом я бросаю ещё один и ещё. Я словно освобождаюсь, скидывая с себя этот эмоциональный груз. С каждым кругом на воде я становлюсь спокойней. Мне уже не хочется начистить чью-то морду.

— Терапия блинчиками? — слышу я насмешливый мужской голос. Поворачиваю голову к своему гостю и вижу, как ко мне подходит Кэм. На нём синяя рубашка-поло, руки спрятаны в карманы чёрных джинсов, а на ногах потрёпанные кеды. Кажется, что нам всё ещё семнадцать. Что всех этих лет не было, что всё это дерьмо не случалось с нами обоими. Но всё это далеко не так. Мы уже давно не дети. А этот взрослый мир оказался не таким увлекательным, как мы думали.