Живой

— Сейчас проверим, — я повернул голову обратно к биомашинам. — Стая, голос!

Альдарионы запели, другого слова я просто подобрать не могу. Очень мелодичный свист, где длинные трели сменялись короткими переливами, а те уже завершали песню короткими, пульсирующими звуками. Выходило очень красиво.

Под такое музыкальное сопровождение мы и ехали. Рассказал Терри о своих новых возможностях.

Терри слушал в пол-уха. А я следил за лицом собеседника: он становился всё более рассеянным и встревоженным. Короче, нервничал.

— Чувак, а знаешь, как моих Альдарионов зовут? Вот этот, которые с красной мордой — Астрамарк. Потом Химико, это тоже от корпов. Тайкор. Внезапно — Ганжубас, с этим вот пятном зелёным в форме банана. Пьеемонтшесть. И, ещё более внезапно — Коныскельды и Бадигулжамал.

Терри рассеяно улыбнулся, а потом, уже не пряча тревогу, поднялся на ноги.

— Что за суета? — решаю лениво уточнить.

— Лабиринты — это не подземные локации. Нас везут в другое место, — коротко ответил Терри.

— А нам какая печаль? — я был настроен благодушно. Меня искренне веселило лицо Терпсихора на сохранённом фото. Уж очень оно фактурное вышло.

— Такая, Живой, что я заточен под прохождение стандартной бочки, и сильно не рад, что она внезапно решила пройти эволюцию! — собеседник мало что по потолку тараканом не бегал. — А в новой местности я выживаю далеко без гарантии.

— Трусишь? — я уже был напуган ситуацией до такой степени, что дальше мне бояться было просто некуда. Потому троллил собеседника. Тот ярился.

— У меня тридцать минут до смертельно опасной ситуации. Имею я право, как живой человек, понервничать? Я один из лучших в искусстве продуманных планов, с импровизациями у меня хуже! Это ты у нас великий мастер «пойду-вперед-пусть-все-об-меня-убьются».

— А ты сам попробуй! Очень медитативное занятие!

— Да с радостью! Работаем как обычно: один торчит на виду, так как у него нет невидимости, а второй его прикрывает. Я без претензий, но ты ведь совершенно не умеешь прятаться, зато, как специально, снарядил себя как профессиональный ловец смертельных ударов. Обычно его один готовят.

— А если в меня из танка пальнут? Там же психи какие будут, они могут, — меня перспектива служить мишенью серьёзно огорчала.

— Тогда предлагаю альтернативу: я иду в невидимости впереди, а ты прикрываешь мне спину огнём из своей супервинтовки, — охотно генерирует новый план мой собеседник.

— О, этот план мне нравится! Хотя, погоди-ка… — Терри смотрит на меня со снисходительной усмешкой. — Но в меня всё равно могут пальнуть из танка!

— Тогда всё будет печально, и тебя испарит, быстро и не больно. Я за тебя отмщу, честное слово!

— Как-то непохоже на надёжный план… — он действительно с каждым словом выглядел все хуже.

— Какой есть. Но в этой схеме ты ведь почти с гарантией выживаешь, с таким-то снаряжением! А я стану твоими глазами, танком тоже стрелять из-за горизонта проблематично. Не такая эта арена, чтобы давать явное преимущество хоть кому-то.